Search
Sunday, September 23, 2018 ..:: Книги » Библиотека (переводы книг) » Истина » Истина. Ч.5 ::..   Login

                                                  

 Истина. Ч.5 Minimize

Это было часом позже. Продавцы газет уже возвращались, чтобы взять еще. От грохота печатного станка сотрясалась жестяная крыша. Кучки медяков, возвышающиеся перед Славногором, с каждым ударом подскакивали в воздух.
Уильям изучил свое отражение в куске отполированной меди. Каким-то образом он весь был в чернилах. Он, как смог, вытерся платком.
Еще он послал продавать газеты около Псевдополис-Ярда Вцелом Эндрюса, расценив его как самого согласованно разумного из всего братства. По меньшей мере пять из его личностей были в состоянии поддержать связный разговор.
К этому моменту у Стражи, несомненно, было время прочитать статью, даже если им и понадобилась помощь с длинными словами.
Уильям почувствовал на себе чей-то взгляд. Он повернулся и увидел Сахариссу, снова склонившуюся над своей работой. Позади него кто-то захихикал.
Никто не обращал на него никакого внимания. Недалеко происходил трехсторонний спор по поводу шестипенсовика между Славногором, Старикашкой Роном и Старикашкой Роном – Рон был способен поддерживать основательную перебранку полностью своими силами. Дварфы усердно трудились над прессом. Отто исчез в своей темной комнате, где он тоже опять таинственно усердно трудился.
Только собака Рона наблюдала за Уильямом. Ему показалось, что для собаки у нее был очень неприятный и знающий взгляд.
Пару месяцев назад кто-то попытался всучить Уильяму старую байку о том, что в городе есть собака, умеющая говорить. Уже в третий раз за год. Уильям объяснил, что это урбанистический миф. Слышал ее речь всегда друг чьего-то друга, и никто ее никогда не видел. Пес напротив Уильяма не выглядел так, словно мог говорить, но вот в то, что он мог грязно ругаться, было легко поверить.
Похоже, никак нельзя было положить конец подобным слухам. Люди клялись, что в городе инкогнито жил какой-то давно потерянный наследник трона Анкского. Уильям, слыша такое, безошибочно распознавал полные надежд мысли. Еще была затасканная байка о том, что в Страже служит оборотень. До недавних пор Уильям отмахивался от нее, но в последнее время у него появились кое-какие сомнения. В конце концов, Таймс же наняли вампира…
Он уставился в стену, постукивая по зубам карандашом.
- Я собираюсь встретиться с Командором Ваймсом, - объявил он, наконец. – Это лучше, чем прятаться.
- Нас тут приглашают на всевозможные мероприятия, - сообщила Сахарисса, отрываясь от своих бумаг. – Ну то есть, я так говорю, «приглашают»… Леди Силаччи приказала нам явиться на ее бал в следующий четверг и написать по крайней мере 500 слов, которые мы, разумеется, ей покажем до опубликования.
- Хорошая идея, - бросил через плечо Славногор. – На балах много имен, а…
- …Имена продают газеты, - закончил за него Уильям. – Да. Я знаю. Хочешь пойти?
- Я? Мне нечего надеть! – откликнулась Сахарисса. – Платья, которые одевают для всего такого, стоят по сорок долларов. А мы не можем себе позволить такие деньги.
Уильям поколебался. А потом сказал:
- Ты не могла бы встать и повертеться?
Она по-настоящему покраснела.
- Зачем это?
- Я хочу посмотреть, какой у тебя размер… Ну, знаешь, везде.
Она поднялась и нервно повернулась кругом. Послышались дружные присвистывания от компании и несколько непереводимых дварфийских замечаний.
- Ты вполне подходишь, - сказал Уильям. – Если я достану тебе действительно хорошее платье, сможешь найти кого-нибудь, кто сможет подогнать его так, как надо? Может быть, потребуется его слегка расширить в, в, ну ты знаешь… Вверху.
- Что за платье? – подозрительно спросила она.
- У моей сестры сотни вечерних платьев, а она все время проводит в нашем загородном имении, - ответил Уильям. – Сейчас семья вообще в город никогда не возвращается. Я тебе сегодня вечером дам ключ от дома, и можешь пойти и выбрать.
- А она не будет против?
- Она, скорее всего, никогда и не заметит. В любом случае, думаю, она будет в шоке, если узнает, что кто-то может потратить на платье всего лишь сорок долларов. Не беспокойся об этом.
- Дом в городе? Загородное имение? – спросила Сахарисса, демонстрируя неосознанную журналистскую черту обращать внимание на слова, которые, как вы надеялись, не будут замеченными.
- Моя семья богата, - объяснил Уильям. – Я - нет.
Выйдя наружу, он взглянул на крышу напротив, потому что в ее очертаниях что-то изменилось, и увидел шипастую голову на фоне дневного неба.
Это была горгулья. Уильям привык видеть их повсюду в городе. Иногда какая-нибудь из них могла оставаться на одном месте по нескольку месяцев. Их редко можно было увидеть в момент передвижения с одной крыши на другую. Но еще их редко можно было увидеть в районах вроде этого. Горгульи любили высокие каменные здания очень кропотливой постройки с кучей бороздок и водосточных желобов - такие строения привлекали голубей. Даже горгульям нужно есть.
Еще дальше по улице что-то происходило. Возле одного из старых складов стояло несколько повозок, и внутрь заносили ящики.
Он приметил еще нескольких горгулий по дороге через мост к Псевдополис-Ярду. Каждая из них поворачивала голову, наблюдая за ним.
За столом нес свое дежурство сержант Детрит. Он с удивлением посмотрел на Уильяма.
- Чтоб меня, как ты быстро. Ты чего, всю дорогу бежал? – удивился он.
- О чем вы говорите?
- Мистер Ваймс послал за тобой всего-то пару минут назад, - откликнулся Детрит. – Я бы посоветовал идти наверх. Не волнуйся, он прекратил орать.
Тролль послал Уильяму взгляд «лучше ты, чем я».
- Но, как грят, ему не сильно нравится быть в палатке.
- Он когда-то был довольным туристом?
- Не особо, - ответил Детрит, зловеще ухмыльнувшись.
Уильям забрался по ступеням и постучал в дверь, которая тут же распахнулась.
Командор Ваймс поднял взгляд от стола и прищурился.
- Так-так, быстро, – сказал он. – Всю дорогу бежал, да?
- Нет, сэр. Я шел сюда, надеясь задать вам кое-какие вопросы
- Как мило с твоей стороны, - отозвался Ваймс.
Возникало явное чувство, что, хотя в деревеньке пока все было тихо – женщины развешивали на просушку белье, кошки дремали на солнце – скоро произойдет извержение вулкана и сотни людей окажутся погребенными под пеплом.
- Итак… - начал было Уильям.
- Зачем ты это сделал? – спросил командор. Уильям увидел на столе перед командором копию Таймс. Он даже отсюда мог прочесть заголовки:

АНК-МОРПОРК ТАЙМС
«Истина сделает вас свобедными» * Экстра!
Патриций Нападает На Клерка С Ножом

(У него был нож, не у клерка)
==================================
ТАИНСТВЕННОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ В КОНЮШНЕ
Странный Запах Перечной Мяты

СТРАЖА В НЕДОУМЕНИИ

- Значит, я в недоумении, да? – поинтересовался Ваймс.
- Если вы мне скажете, что это не так, сэр, то я с радостью запишу этот фа…
- Оставь блокнот в покое!
Уильям выглядел удивленным. Блокнот был самый дешевый, сделан из столько раз переработанной бумаги, что ее можно было использовать как полотенце, но вот опять кто-то на него смотрел так, словно это было оружием.
- Я не позволю тебе сделать со мной то же, что и с Криввсом, - заявил Ваймс.
- Каждое слово в статье – правда, сэр.
- Готов поспорить, что так. Похоже на его стиль.
- Послушайте, командор, если с моей статьей что-то не так, скажите мне, что именно.
Ваймс снова сел и взмахнул руками.
- Ты собираешься печатать все, что услышишь? – спросил он. – Ты намерен бегать по моему городу как какой-то сорвавшийся… Как какое-то сорвавшееся с цепи осадное орудие? Ты вот сидишь здесь, цепляешься за свою прямоту и честность как за плюшевого мишку, и ты и малейшего представления не имеешь, ведь правда же, ни малейшего представления о том, насколько ты можешь усложнить мне работу?
- Это не противоречит закону…
- Да ну? Ну разве? В Анк-Морпорке? Подобное занятие? По мне так похоже на Поведение, Вполне Способное Вызвать Нарушения Спокойствия!
- Это, может быть, и взволнует людей, но это важно
- А что ты, хотелось бы мне знать, собираешься написать дальше?
- Я не напечатал, что у вас в Страже есть оборотень, - отозвался Уильям. Он мгновенно об этом пожалел, но Ваймс начинал действовать ему на нервы.
- Где ты это слышал? – раздался тихий голос позади него. Уильям развернулся на стуле. Светловолосая молодая женщина в форме стражника стояла, прислонившись к двери. Должно быть, она находилась здесь все это время.
- Это Сержант Ангва, - представил ее Ваймс. – При ней можешь говорить свободно.
- Я… слышал слухи, - сказал Уильям. Он видел сержанта на улицах. Он подумал, что у нее была привычка смотреть на людей чересчур пристально.
- И?
- Послушайте, я понимаю, что это вас беспокоит, - сказал Уильям. – Прошу, позвольте мне уверить вас в том, что сохраню тайну Капрала Ноббса.
Никто ничего не сказал. Уильям поздравил себя. Это был выстрел наугад, но по глазам Сержанта Ангвы он мог сказать, что этот раунд остался за ним. Ее взгляд казался выключенным, запершим все эмоции.
- Мы нечасто говорим о видовой принадлежности Капрала Ноббса, - проговорил Ваймс через некоторое время. – Я посчитаю небольшой услугой, если ты примешь такой же подход.
- Да, сэр. Так могу я вас спросить, почему вы установили за мной слежку?
- Слежку, неужели?
- Горгульи. Все знают, что теперь многие из них работают на Стражу.
- Мы не за тобой следим. Мы следим за тем, что с тобой произойдет, - сказала Сержант Ангва.
- Вот из-за этого, - добавил Ваймс, хлопнув по газете.
- Но я не делаю ничего плохого, - произнес Уильям.
- Нет, возможно, ты всего лишь не делаешь ничего незаконного, - возразил Ваймс. – Хотя ты подходишь чертовски близко к этому. У других людей, однако, не такое доброе и понимающее расположение, как у меня. Все, о чем я тебя прошу – это постараться не пролить свою кровь по всей улице.
- Я постараюсь.
- И не записывай это.
- Хорошо.
- И не записывай, что я сказал тебе это не записывать.
- Ладно. Можно мне записать, что вы сказали, чтобы я не записывал, что вы сказали… - Уильям замолчал. Гора уже сотрясалась. – Просто шучу.
- Хаха. И никакого подслушивания моих людей ради добычи информации.
- И никаких собачьих печений Капралу Ноббсу, - добавила сержант Ангва. Она прошла за стул Ваймса и заглянула ему через плечо.
- «Истина сделает вас Свобедными?»
- Опечатка, - коротко объяснил Уильям. – Мне еще чего-нибудь не делать, командор?
- Просто не путайся под ногами.
- Я запи… Я запомню, - произнес Уильям. – Но, если вы не возражаете, я спрошу, что мне от этого?
- Я - Командор Стражи, и я тебя прошу вежливо.
- И это все?
- Могу попросить невежливо, мистер де Слов. – Ваймс вздохнул. – Послушай, ну можешь ты на все поглядеть с моей стороны? Было совершено преступление. Гильдии начинают волноваться. Слышал о таком явлении, как слишком много главных проблем? Ну, так вот сейчас их на сотню больше. У меня есть Капитан Моркоу и много людей, которых мне действительно нельзя снять с охраны Продолговатого Кабинета и остальных служащих, что значит, что мне не хватает рук во всех остальных местах. Мне нужно со всем этим разбираться и… активно добиваться выхода их этого сложного положения. У меня Ветинари в камере. И Стукпостук тоже…
- Но разве это не он жертва, сэр?
- Один их моих людей за ним ухаживает.
- Не кто-то из городских врачей?
Ваймс сосредоточенно посмотрел на блокнот.
- Врачи этого города – прекрасные люди, - ровным голосом произнес он. – И я бы не хотел, чтобы о них написали хоть одно дурное слово. Просто так случилось, что у одного из моих людей есть… специальные навыки.
- То есть он в состоянии отличить чей-то зад от локтя?
Ваймс быстро схватывал. Он устроился, сложив руки и с совершенно бесстрастным видом.
- Могу я задать еще один вопрос? – продолжил Уильям.
- Тебя же ничто не остановит, ведь так?
- Вы видели пса Лорда Ветинари?
И вновь полная невыразительность. Но на этот раз у Уильяма создалось впечатление, что за ней завертелась дюжина колесиков.
- Пса? – переспросил Ваймс.
- Думаю, его кличка – Вуффлз, - подсказал Уильям.
Ваймс равнодушно следил за ним.
- По-моему, терьер, - продолжил Уильям.
У Ваймса ни один мускул не дрогнул.
- Почему в полу торчала арбалетная стрела? – продолжал Уильям. – По-моему, это полная бессмыслица, если только в комнате не было кого-то еще. И ее с большого расстояния выпустили. Это был не рикошет. Кто-то стрелял во что-то на полу. Во что-то, может быть, размером с собаку?
Ваймс и бровью не повел.
- А еще перечная мята, - добавил Уильям. – Вот уж загадка. Ну то есть, почему перечная мята? А потом я подумал, может, кто-то не хотел, чтобы его выследили по запаху? Может, они тоже слышали о вашем оборотне? Пары перевернутых банок масла перечной мяты могут слегка все смешать?
Вот он, слабый проблеск, когда Ваймс моментально взглянул на бумаги перед ним. Лото! – подумал Уильям.*
-----
* В это время о Бинго в Анк-Морпорке не было известно.
----
Наконец, подобно какому-нибудь оракулу, который говорит один раз в год, Ваймс изрек:
- Я тебе не доверяю, мистер де Слов. И я только что понял, почему. Дело не только в том, что от тебя будут неприятности. Разбираться с неприятностями – это моя работа, мне за это платят, мне за это дают разрешение на ношение доспехов. Но ты перед кем несешь ответственность? Я должен отвечать за что, что делаю, хотя прямо сейчас пропади я пропадом, если знаю, кому. Но ты? Мне кажется, что ты делаешь все, что в голову взбредет.
- Полагаю, я несу ответственность перед истиной, сэр.
- Да неужели? И как именно?
- Прошу прощения?
- Если ты солжешь, истина придет и врежет тебе по лицу? Я впечатлен. Обычные повседневные люди вроде меня ответственны перед другими людьми. Даже за Ветинари присматривали… присматривают Гильдии. Но ты… Ты отвечаешь перед истиной. Потрясающе. Какой у этого понятия адрес? Оно читает газету?
- Она, сэр, - поправила Сержант Ангва. – Насколько я знаю, существует богиня истины.
- Значит, у нее вряд ли много последователей, - отозвался Ваймс. – Кроме вот этого нашего приятеля.
Он снова смерил Уильяма взглядом с головы до кончиков пальцев, и опять завертелись шестеренки.
- Если предположить… просто предположить… что у тебя появится в распоряжении маленькое изображение собаки, - произнес он. – Ты сможешь его напечатать в газете?
- Мы же о Вуффлзе говорим, да? – спросил Уильям.
- Сможешь?
- Уверен, что да.
- Нам бы было интересно узнать, почему он залаял прямо перед… происшествием, - добавил Ваймс.
- А если вы его разыщете, то Капрал Ноббс сможет поговорить с ним на собачьем языке, да? – спросил Уильям.
И снова лицо Ваймса приобрело выражение статуи.
- Мы сможем достать вам изображение собаки в течение часа, - сказал он.
- Спасибо. Кто в данный момент правит городом, командор?
- Я всего лишь стражник, - отозвался Ваймс. – Мне такие вещи не говорят. Но, насколько я представляю, изберут нового Патриция. Все это установлено законами города.
- Кто мне может рассказать о них больше? – спросил Уильям, мысленно добавив: «Всего лишь стражник», держи карман шире!
- Здесь вам поможет мистер Криввс, - ответил Ваймс и на сей раз улыбнулся. – Очень поможет, я уверен. Доброго вам дня, мистер де Слов. Сержант, проводите мистера де Слова к выходу, хорошо?
- Я хочу увидеть Лорда Ветинари, - заявил Уильям.
- Ты - что?
- Это разумное требование, мэр.
- Нет. Во-первых, он до сих пор без сознания. Во-вторых, он мой заключенный.
- Вы даже адвоката к нему не пускаете?
- Думаю, у Его Светлости и без того хватает неприятностей, парень.
- А как насчет Стукпостука? Он же не заключенный, так?
Ваймс взглянул на Ангву, та пожала плечами.
- Ладно. Нет закона, запрещающего это, и мы не можем допустить, чтобы люди говорили, будто он мертв, - сказал он. Потом снял с медно-кожаной конструкции на его столе переговорную трубку и поколебался.
- Ту проблему уже уладили, сержант? – спросил он, не обращая внимания на Уильяма.
- Да, сэр. Система пневматических посланий и переговорные трубки теперь точно разделены.
- Ты уверена? Ты знаешь, что вчера констеблю Кинсайду все зубы выбило?
- Сказали, такого больше не повторится, сэр.
- Ну разумеется, не повторится. У него больше нет зубов. Ох, ну ладно… - Ваймс поднял трубку, секунду подержал ее подальше от себя, а потом проговорил в нее:
- Дайте мне камеры, хорошо?
- Виззип? Випвипвип?
- Еще раз?
- Снидл флипсок?
- Это Ваймс!
- Скитскрит?
Ваймс снова положил трубку на рычаг и посмотрел на Сержанта Ангву.
- Они все еще над этим работают, сэр, - объяснила она. – Говорят, крысы обгрызли трубы.
- Крысы?
- Боюсь, что так, сэр.
Ваймс простонал и повернулся к Уильяму.
- Сержант Ангва проведет тебя к камерам, - сказал он.
А затем Уильям оказался по другую сторону двери.
- Пошли, - позвала сержант.
- Как я держался? – спросил Уильям.
- Я видела и похуже.
- Простите, что пришлось упомянуть о Капрале Ноббсе, но…
- О, не волнуйся об этом, - перебила Сержант Ангва. – Твои наблюдательские способности станут центром обсуждения в страже. Слушай, он был к тебе добр, потому что еще не разобрался, что ты такое, ладно? Просто будь осторожен, вот и все.
- А вы разобрались, что я такое, не так ли? – спросил Уильям.
- Скажем так, я не доверяю первым впечатлениям. Осторожно, ступеньки.
Она провела его в подвал. Уильям заметил, что внизу стояло два стражника, хотя и не стал совершать такую грубость, как записывать это.
- Здесь внизу обычно есть охрана? В смысле, у камер ведь есть замки, так?
- Я слышала, у вас работает вампир, - сказала Сержант Ангва.
- Отто? А, да. Ну, у нас нет никаких предрассудков по поводу всего такого.
Сержант не ответила. Вместо этого она отворила дверь, ведущую из основного коридора подвала, и позвала:
- К пациенту посетитель, Игорь.
- Флыфу тебя, фервант.
Комната внутри была ярко освещена жутковатым мерцающим голубым светом. Вдоль одной стены протянулись полки с сосудами. В некоторых из них что-то двигалось – что-то очень странное. Другое просто плавало. В углу на какой-то сложной машине, состоящей из медных шаров и стеклянных стержней, шипели голубые искры. Но большего всего вниманием Уильяма завладел огромный глаз.
Прежде чем он успел по-настоящему заорать, поднялась рука, и то, что Уильям счел за гигантское глазное яблоко, оказалось огромнейшим увеличительным стеклом из всех, что он видел, поворачивающееся на шарнире вверх и прикрепленное к держателю на лбу владельца. Но открывшееся лицо едва ли было улучшением, если речь идет об ужасе, от которого во рту пересыхает.
Глаза находились на разных уровнях. Одно ухо больше другого. Лицо представляло собой сеть шрамов. Но это было ничто по сравнению с деформированной прической: жирные черные волосы Игоря были зачесаны вперед в свисающую челку на манер некоторых самых шумных молодых городских музыкантов, но такой длины, что она запросто могла выколоть глаз какому-нибудь невинному прохожему. Судя по… органическому характеру работы Игоря, он смог бы тогда помочь его вернуть.
На рабочем столе булькала бочка для рыбы. Внутри лениво плавали туда-сюда несколько картофелин.
- Молодой Игорь состоит у нас в отделе экспертизы, - представила его Сержант Ангва. – Игорь, это мистер де Слов. Он хочет увидеть пациентов.
Уильям заметил быстрый взгляд, который Игорь послал сержанту, после чего та добавила:
- Мистер Ваймс разрешил.
- Тогда вот сюда, - позвал Игорь и, пошатываясь, прошел мимо Уильяма по коридору. – Всегда приятно принимать здесь внизу пофетителей, мистер де Слов. Вы убедитефь, что у нас здесь очень располагающие для отдыха камеры. Я только пойду найду ключи.
- Почему он шепелявит только при некоторых «с»? – спросил Уильям, когда Игорь похромал к шкафчику.
- Он пытается быть современным. Ты раньше никогда не встречал Игорей?
- Только не такого, нет! У него на правой руке два больших пальца.
- Он из Убервальда, - сообщила сержант. – Игори очень серьезно относятся к самосовершенствованию. Хотя вообще они прекрасные хирурги. Просто не пожимай одному из них руку во время грозы…
- Ну вот, - подал голос Игорь, шаткой походкой возвращаясь. – Кого первым?
- Лорда Ветинари? – спросил Уильям.
- Он все еще фпит, - сообщил Игорь.
- Что, все это время?
- Неудивительно. Он получил очень тяжелый удар…
Сержант Ангва громко кашлянула.
- Я думал, он упал с лошади, - произнес Уильям.
- Ну, да… И ударилфя, когда упал на пол, несомненно, - откликнулся Игорь, бросив взгляд на Ангву.
Он повернул ключ.
Лорд Ветинари лежал на узкой кровати. Его лицо было бледным, но, казалось, он спал мирным сном.
- Он вообще не просыпался? – спросил Уильям.
- Нет. Я заглядываю к нему каждые пятнадфать минут или около того. Так бывает. Иногда тело просто говорит: фпать.
- Я слышал, что он почти никогда не спит, - заметил Уильям.
- Может, он вофпользовался этой возможностью сейчаф, - предположил Игорь, мягко закрывая дверь.
Потом отпер другую камеру.
Стукпостук сидел в кровати, его голова была перевязана. Он пил какой-то бульон. Когда он их увидел, то выглядел очень испуганным и чуть этот бульон не выплюнул.
- Ну и как мы фебя чувствуем? – произнес Игорь настолько жизнерадостно, насколько могло позволить лицо, покрытое стежками.
- Э-э, я - намного лучше... – молодой человек неуверенно переводил взгляд с одного на другого.
- Это мистер де Слов, он бы хотел с вами поговорить, - сообщила Ангва. – А я пойду и помогу Игорю привести в порядок глазные яблоки. Или еще что-нибудь.
Уильям остался в неловкой тишине. Стукпостук был одним из таких людей, у которых нет четко различимого характера.
- Вы - сын Лорда де Слова, верно? – спросил Стукпостук. – вы пишете этот новостной листок.
- Да, - отозвался Уильям. Похоже, он всегда будет оставаться сыном своего отца. - Эм. Говорят, Лорд Ветинари ударил вас ножом.
- Так говорят, - согласился служащий.
- Но вы же ведь там были.
- Я постучался в дверь, чтобы принести ему его выпуск газеты, как он и просил, Его Светлость открыл, я вошел в комнату… А следующее, что я помню – это то, что я очнулся здесь и на меня смотрел мистер Игорь.
- Должно быть, это стало для вас шоком, - сказал Уильям, почувствовав секундную вспышку гордости за то, что Таймс принимала в этом хоть и маленькое, но участие.
- Мне сказали, что, если бы мистер Игорь не обращался бы так ловко с иголкой, я бы сейчас потерял подвижность руки, - убедительно поведал Стукпостук.
- Но голова у вас тоже перевязана, - заметил Уильям.
- Думаю, я, наверное, упал, когда… когда, что бы это ни было, случилось, - отозвался Стукпостук.
Боги мои, подумал Уильям, он растерян.
- Я абсолютно уверен в том, что произошла ошибка, - продолжил Стукпостук.
- Его Светлость в последнее время был чем-то озабочен?
- Его Светлость всегда чем-то озабочен. Это его работа, - ответил служащий.
- Вы знаете, что три человека слышали, как он говорил, что убил вас?
- Я не могу этого объяснить. Должно быть, они ошиблись.
Слова были отчеканены очень резко. Теперь в любой момент, сказал себе Уильям…
- Почему вы думаете… - начал было он и оказался прав.
- Думаю, я не обязан с вами разговаривать, - произнес Стукпостук. – Ведь так?
- Нет, но…
- Сержант! – прокричал Стукпостук.
Послышались быстрые шаги, и дверь камеры отворилась.
- Да? – сказала Сержант Ангва.
- Я закончил разговор с этим джентльменом, - заявил Стукпостук. – И я устал.
Уильям вздохнул и отложил блокнот.
- Благодарю, - сказал он. – Вы очень… помогли.
Идя по коридору, он произнес:
- Он не хочет верить, что Его Светлость мог на него напасть.
- Правда? – отозвалась сержант.
- Похоже, что по голове его что-то хорошенько ударило, - продолжил Уильям.
- Неужели?
- Слушайте, даже я могу понять, что это дурно пахнет.
- Действительно?
- Понятно, - сказал Уильям. – Вы прошли обучение в Школе Общения Мистера Ваймса, да?
- Да ну? – откликнулась Сержант Ангва.
- Верность – чудесная вещь.
- Вы считаете? Выход там


Тщательно выпроводив Уильяма на улицу, Сержант Ангва вернулась наверх в кабинет Ваймса и тихо закрыла за собой дверь.
- Так значит, он приметил только горгулий? – спросил Ваймс, наблюдавший, как Уильям удалялся по улице.
- Видимо, да. Но я бы не стала его недооценивать, сэр. Он замечает вещи. Насчет перечно-мятной бомбы он был чертовски прав. А сколько офицеров бы заметило, как глубоко та стрела вонзилась в пол?
- К несчастью, это правда.
- Он заметил второй большой палец Игоря, и едва ли кто-то еще когда-либо замечал плавающую картошку.
- Игорь от нее еще не избавился?
- Нет, сэр. Он уверен, что он всего в одном поколении от мгновенной рыбы с чипсами.
Ваймс вздохнул.
- Ну ладно, сержант. Забудь про картошку. Какие там ставки?
- Сэр?
- Я знаю, что у меня в комнате дежурств происходит. Стражники – не стражники, если кто-нибудь из них не ведет записи.
- На мистера де Слова?
- Да.
- Ну… десять к шести, что он будет мертв к следующему понедельнику, сэр.
- Не могла бы ты просто пустить словечко, что мне не нравятся такие вещи, хорошо?
- Да, сэр.
- Выясни, кто ведет запись ставок, и, когда узнаешь, что это Нобби, отбери их у него.
- Хорошо, сэр. А мистер де Слов?
Ваймс посмотрел в потолок.
- Сколько офицеров за ним следит? – спросил он.
- Двое.
- Нобби обычно хорошо оценивает шансы. Думаешь, этого достаточно?
- Нет.
- Я тоже. Но мы и так на пределе. Придется ему выучиться трудным путем. А беда с трудным путем в том, что получаешь ты только один урок.


Мистер Тюльпан возник из переулка, где он только что обсуждал условия покупки очень маленького пакета того, что вскоре оказалось крысиным ядом, смешанным со стиральным порошком.
Он обнаружил мистера Штыря читающим большой лист бумаги.
- Это что? – спросил он.
- Неприятности, я полагаю, - отозвался мистер Штырь, складывая лист и кладя в карман. – Да, действительно.
- Этот город начинает действовать мне на –ные нервы, - заявил мистер Тюльпан, когда они продолжили свой путь по улице. – У меня –ная голова болит. И нога.
- И что? Меня она тоже укусила. С той псиной ты сделал большую ошибку.
- Ты что, хочешь сказать, мне не надо было в нее стрелять?
- Нет, я хочу сказать, что тебе не надо было промахиваться. Она убежала.
- Это всего лишь пес, – проворчал мистер Тюльпан. – Какая такая проблема может быть от пса? Это же не какой-нибудь надежный свидетель. Нам ничего не говорили ни о какой –ной собаке.
Его лодыжка начинала испытывать такое горячее, темное ощущение, которое предполагало, что кое-кто в последнее время не чистил зубы.
- Сам попробуй тащить того малого, когда тебя за ноги –ная собака хватает! И как это так вышло, что –ный зомби ничего не сказал нам о том, что тот малый будет таким –ным быстрым! Если бы он не уставился на чокнутого, он бы, на–, добрался до меня!
Мистер Штырь пожал плечами. Но он сделал мысленную заметку об этом. Мистер Криввс не сообщил Новой Фирме довольно много вещей, и одной из них было то, что Ветинари двигался как змея.
Это будет стоить адвокату много денег. Мистера Штыря чуть не зарезали.
Но он гордился тем, что ударил служащего и выпихнул Чарли на лестницу лепетать глупым слугам. Этого не было в сценарии. Эта был род услуг, которые предоставляла Новая Фирма. Он щелкнул пальцами на ходу. Да! Они могут реагировать, они могут импровизировать, они могут применять творческий подход…
- Извините, джентльмены?
Из переулка впереди них вышла фигура с ножом в каждой руке.
- Гильдия воров, - сообщила она. – Извините? Это официальное ограбление.
К удивлению вора, мистер Штырь и мистер Тюльпан не казались ни шокированными, ни испуганными, несмотря на размер ножей. Вместо этого они казались парочкой энтомологов, наткнувшихся на совершенно новый вид бабочки и обнаруживших, что она пытается махать крошечным сачком.
- Официальное ограбление? – проговорил мистер Тюльпан.
- Ах, так вы гости нашего славного города? – понял вор. – Ну тогда это ваш счастливый день, сэр и… сэр. Кража двадцати пяти долларов дает вам иммунитет на дальнейшие ограбления на других улицах на целые полгода, плюс, только на этой неделе, на выбор вот этот щедрый хрустальный набор или полезный комплект для барбекю на зависть всем вашим друзьям.
- Ты имеешь в виду… Вы действуете законно? – спросил мистер Штырь.
- Каким, на–, друзьям? – спросил мистер Тюльпан.
- Да, сэр. Лорд Ветинари считает, что, раз уж в городе всегда будет какая-то преступность, то лучше, если она будет организованной.
Мистер Тюльпан и мистер Штырь переглянулись.
- Ну, «законный» - это мое второе имя, - сообщил мистер Штырь, пожимая плечами. – Предоставляю черед вам, мистер Тюльпан.
- И поскольку вы новички в городе, я могу предложить вам вступительную кражу на сто долларов, которая даст вам последующую неприкосновенность на двадцать шесть месяцев плюс брошюру о ресторанах, прокате лошадей и ваучер на одежду и развлечения суммой в двадцать пять долларов по сегодняшним ценам. Ваши соседи восхитятся…
Рука мистера Тюльпана двинулась смазанным пятном. Один из похожих на связку бананов кулак схватил вора за шею и треснул головой о стену.
- К сожалению, второе имя мистер Тюльпана – «Ублюдок», - произнес мистер Штырь, зажигая сигарету. Содержательные мясные звуки перманентного гнева его коллеги продолжали раздаваться позади него, когда он поднял стаканы для вина и критически их изучил.
- Тц… Дешевая подделка, вообще никакого хрусталя, - заключил он. – И кому теперь можно доверять? От этого впадаешь в отчаяние.
Тело вора рухнуло на землю.
- Думаю, я выберу –ный набор для барбекю, - заявил мистер Тюльпан, переступая через него. – Я тут гляжу, в нем есть несколько ах-таких-полезных шампуров и лопаточек, которые добавят –ное новое измерение веселья на всех этих патио обедах Аль Фреско.
Он разорвал коробку и вытащил бело-голубой фартук, который критически осмотрел.
- «Убей повара!!!» – воскликнул он, натягивая его через голову. – Эй, отличная вещь. Придется мне завести –ных друзей, чтобы они мне могли завидовать, когда я буду готовить с –ным Аль Фреско. А что там с –ными ваучерами?
- В таких штуках никогда не бывает ничего хорошего, - отозвался мистер Штырь. – Это просто способ сбагрить кому-нибудь то, что никто не может продать. Посмотри вот… «25% скидка Счастливого Часа в Замке Капусты Ферби».
Он отшвырнул брошюру в сторону.
- А вообще неплохо, - заметил мистер Тюльпан. – И у него при себе было только двадцать долларов, так что это –ная хорошая сделка.
- Я буду рад, когда мы оставим это место, - произнес мистер Штырь. – Оно слишком странное. Давай
просто напугаем мертвеца и уберемся отсюда.

- Аииииинг… КИШК!
Крик дикого продавца газет прозвенел по сумеречной площади, когда Уильям отправился обратно к Мерцающей улице. Газеты, как он видел, до сих пор продавались хорошо.
И только случайно, когда мимо него пробежал житель города, он увидел заголовок:

ЖЕНЩИНА РОДИЛА КОБРУ

Уж наверняка Сахарисса не выпустила самостоятельно еще один номер, правда же? Он подбежал назад к продавцу газет.
Это была не Таймс. Заголовок, большим жирным шрифтом, который был намного лучше, чем у дварфов, гласил:




Анк-Морпорский Инквайрер
Новости, о которых вы только слышали 2 пенса

- Что все это такое? – спросил он у продавца, который на два слоя грязи был социально выше компании Рона.
- Все это что?
- Все это это! – глупое интервью со Стукпостуком сделало Уильяма очень раздраженным.
- Меня не спрашивай, приятель. Я получаю пенни за каждую проданную, это все, что я знаю.
- «Дождь из Супа в Генуе»? «Курица Трижды Откладывает Яйцо Во Время Урагана»? Откуда это все взялось?
- Слушай, приятель, если бы я умел читать, я бы не толкал сейчас газеты, так?
- Кто-то еще выпустил газету! – произнес Уильям. Он опустил взгляд на маленький шрифт внизу единственной страницы, хотя в этой газете даже маленький шрифт на самом деле был не очень маленьким. – На Мерцающей Улице?
Уильям припомнил рабочих, суетящихся вокруг старого склада. Как могли… Но ведь Гильдия Граверов могла, не так ли? У них уже были прессы, и у них уж точно были деньги. Хотя два пенса было смешной ценой, даже за этот листок… мусора. И если один пенс получал продавец, то как же типограф мог сделать на этом какие-нибудь деньги?
А потом он понял: смысл же не в этом, правда ведь… Смысл был в том, чтобы разорить Таймс.
Большая красно-белая вывеска Инквайрера уже висела на своем месте напротив Ведра. Снаружи собралась еще большая вереница повозок.
Один из дварфов Славногора выглядывал из-за стены.
- У них там уже три пресса, - сообщил он. – Видел, что они сделали? Они ее выпустили за полчаса!
- Да, но это всего один листок. И весь материал выдуман.
- Правда? Даже тот, что про змею?
- Готов поспорить на тысячу долларов. – Уильям припомнил, что куда меньшим шрифтом говорилось, что случилось дело в Ланкре. Он пересмотрел свою оценку. – Готов поспорить, по меньшей мере, на сотню долларов.
- Это еще не самое плохое, - сказал дварф. – Тебе лучше зайти.
Внутри скрипел пресс, но большинство дварфов не были заняты работой.
- Дать тебе заголовки? – сказала Сахарисса, как только он вошел.
- Спрашиваешь, - отозвался Уильям, садясь за свой заваленный стол.
- Граверы Предлагают Дварфам Тысячу Долларов За Пресс.
- О нет…
- Вампира-Иконографиста и Трудолюбивого Журналиста заманивают Зарплатами в Пятьсот Долларов, - продолжила Сахарисса.
- О, неужели…
- У Дварфов Ни Хрена Нет Бумаги.
- Что?
- Это прямая цитата мистера Славногора, - объяснила Сахарисса. Я не буду делать вид, будто знаю, что это значит, но я так понимаю, что у них осталось только на один выпуск.
- И если захотим купить еще, то она теперь впятеро дороже, чем раньше, - добавил, приближаясь к ним, Славногор. – Гильдия Граверов все скупает. Король говорит, спрос и предложение...
- Король? – Уильям изогнул бровь. – Ты имеешь в виду мистера Короля?
- Ага, Король Золотой Реки, - подтвердил дварф. – И да, мы уже вот-вот готовы заплатить за нее, но если эти через дорогу будут продавать свой листок за два пенни, мы будем работать практически бесплатно.
- Отто сказал человеку из Гильдии, что нарушит свой обет, если еще раз его здесь увидит, - сообщила Сахарисса. – Он очень разозлился, потому что тот человек пытался выудить, как он снимает пригодные для печати иконографии.
- А как насчет тебя?
- Я остаюсь. Я им не доверяю, особенно, когда они так подло себя ведут. Они показались людьми очень… низкого класса, - ответила Сахарисса. – Но что мы теперь будем делать?
Уильям закусил ноготь большого пальца и уставился в стол. Когда он двинул ногой, то она с обнадеживающим стуком ткнулась в денежный сундук.
- Я полагаю, мы можем слегка урезать статьи, - произнес Славногор.
- Да, но тогда люди не станут покупать нашу газету, - возразила Сахарисса. – А они должны ее покупать, потому что в нашей настоящие новости.
- Должен признать, новости в Инквайрере выглядят интереснее, - сказал Славногор.
- Это потому, что в них совсем не обязательно есть настоящие реальные факты! - отрезала она. – Вообще, я не против вернуться к доллару в день, а Отто говорит, что будет работать за полдоллара, если ему можно будет остаться в подвале.
Уильям все еще смотрел в никуда.
- Кроме правды, - рассеянно произнес он, - что еще есть у нас, чего нет у Гильдии? Мы можем печатать быстрее?
- Один пресс против трех? Нет, - отозвался Славногор. – Но я готов поспорить, что мы быстрее набираем шрифт.
- А это значит?..
- Мы, возможно, сможем их обойти в том, чтобы первыми оказываться на улицах.
- Лад-но. Это может помочь. Сахарисса, ты знаешь кого-нибудь, кому нужна работа?
- Знаю? Ты что, на письма не смотрел?
- Ну, не совсем…
- Да многие хотят работу! Это Анк-Морпорк!
- Хорошо, найди три письма, в которых меньше всего ошибок и пошли Рокки в обход нанять авторов.
- Одним из них был мистер Бенди, - предупредила Сахарисса. – Он хочет больше работы. Не слишком много интересных людей умирает. Ты знал, что он ради развлечения посещает разные события и внимательно записывает все, что было сказано?
- Он это записывает точно?
- Уверена, что да. Он именно такой человек. Но я не уверена, что у нас есть место…
- С завтрашнего утра расширяемся до четырех страниц. Не смотри на меня так. У меня есть больше материала о Ветинари, и у нас есть еще, о, двенадцать часов, чтобы достать немного бумаги.
- Я же тебе говорил, Король больше не продаст нам бумаги по подходящей цене, - напомнил Славногор.
- Значит, из этого выйдет статья, - отозвался Уильям.
- Я имею в виду…
- Да, я знаю. Мне нужно кое-что записать, а потом мы с тобой пойдем и навестим его. О, и пошли кого-нибудь в семафорную башню, хорошо? Я хочу отослать щелчки Королю Ланкра. По-моему, я его как-то встречал.
- Щелчки стоят денег. Много денег.
- Все равно сделайте это. Мы как-нибудь отыщем деньги, - Уильям наклонился к лестнице в подвал. – Отто?
Вампир высунулся до пояса. В руке он держал наполовину разобранный иконограф.
- Чем я могу фам помочь?
- Можешь придумать что-нибудь еще, чтобы у нас продавалось больше газет?
- Што фы теперь хотите? Картинки, которые фыпрыгифают со страницы? Гофорящие картинки? Картинки, где глаза следуют за фами по фсей комнате?
- Нет нужды обижаться, - сказал Уильям. – Я же не прошу цвет или что-то такое…
- Цвет? – повторил вампир. – И это фсе? Цвет – это раз плюнуть. Как скоро фы его хотите?
- Невозможно, - твердо произнес Славногор.
- О, фот как, вы говорите? Здесь есть кто-нибудь, кто делает цфетное стекло?
- Да, я знаю дварфа, у которого есть мастерская по изготовлению цветного стекла на Дороге Федры, - ответил Славногор. – Они делают сотни оттенков, но…
- Я хотел бы уфидеть образцы прямо сейчас. И чернил тоше. Фы можете достать еще и цфетные чернила?
- Это легко, - отозвался дварф, - но тебе же понадобятся сотни всяких разных… или нет?
- Нет, это не софсем так. Я состафлю фам список того, что мне потребуется. Я, конечно, не могу фам пообещать перфоклассную работу спустя рукава Бурлея & Рукисилы. То есть, не стоит просить меня о тонкой игре сфета на осенних листьях или чефо-то подобного. Но что-то с резкими тенями будет ф порядке. Это сойдет?
- Это было бы потрясающе.
- Спасипо.
Уильям встал.
- А теперь, - сказал он. – Пойдем увидимся с Королем Золотой Реки.
- Меня всегда озадачивало, почему люди его так называют, - заметила Сахарисса. – Ну то есть, здесь же в округе нет никакой реки с золотом, так?


- Джентльмены.
Мистер Криввс ждал в зале пустого дома. Когда вошла Новая Фирма, он встал и сжал свой портфель. Выглядел он так, словно был в необычно плохом настроении.
- Где вы были?
- Перекусывали, мистер Криввс. Вы этим утром не появились, и мистер Тюльпан проголодался.
- Я говорил вам сохранять очень сдержанную позицию.
- Мистеру Тюльпану не слишком хорошо удаются сдержанные позиции. В любом случае, все прошло хорошо. Вы, должно быть, слышали. О, нас чуть не убили, потому что вы очень многого нам не сказали, и это вам будет дорого стоить, но, эй, кому какое дело до нас? В чем проблема?
Мистер Криввс свирепо воззрился на них.
- Мое время очень ценно, мистер Штырь. Так что я не буду тянуть. Что вы сделали с собакой?
- Никто нам ничего не говорил об этой собаке, - отозвался мистер Тюльпан, и мистер Штырь понял, что он выбрал неверный тон.
- Ах, так вы повстречались с псом, - произнес мистер Криввс. – Где он?
- Исчез. Сбежал. Покусал нам –ные ноги и сбежал.
Мистер Криввс вздохнул. Это было как дуновение из древней горбницы.
- Я ведь сказал вам, что в составе Стражи есть оборотень.
- Ну? И что? – спросил мистер Штырь.
- У оборотня не возникнет трудностей в общении с собакой.
- Что? Вы хотите сказать, что люди послушают собаку? – произнес мистер Штырь.
- К сожалению, да, - ответил мистер Криввс. – У собаки есть личность. Личность имеет большое значение. И юридические прецеденты несомненны. В истории этого города, джентльмены, мы привлекали к суду в разное время семь свиней, стаю крыс, четырех лошадей, одну муху и пчелиный рой. В прошлом году в качестве свидетеля по очень серьезному делу об убийстве был допущен попугай, и я должен был за это составить свидетелю систему защиты. Полагаю, сейчас он где-то далеко притворяется очень большим волнистым попугайчиком.
Мистер Криввс покачал головой.
- У животных, увы, свое место в правовом суде. Могут быть выражены всевозможные возражения, но смысл, мистер Штырь, в том, что Командор Ваймс построит на этом судебное дело. Он начнет спрашивать… людей. Он уже знает, что что-то не в порядке, но ему приходится работать в рамках доказательств и свидетельств, а у него нет ни того, ни другого. Если же он отыщет пса, я думаю, все начнет распутываться.
- Подкиньте ему тысячу долларов, - предложил мистер Штырь. – Со стражниками это всегда срабатывает.
- Насколько я знаю, последнего человека, пытавшегося подкупить Ваймса, до сих пор не вполне слушаются пальцы, - отозвался мистер Криввс.
- Мы сделали все, что вы нам, на–, сказали! – прокричал мистер Тюльпан, выставив палец толщиной с сосиску.
Мистер Криввс оглядел его сверху вниз, будто видя впервые.
- «Убей повара!!!» - произнес он. – Как занятно. Как бы то ни было, я полагал, что мы нанимали профессионалов.
Мистер Штырь этого ожидал и снова успел поймать в воздухе кулак мистера Тюльпана, моментально, тем самым, оторвавшись с пола.
- Конверты, мистер Тюльпан, - пропел он. – Это человек многое знает.
- Тяжело что-то знать, когда ты –ный труп, - прорычал мистер Тюльпан.
- Вообще-то разум становится кристально чистым, - возразил мистер Криввс. Он встал, и мистер Штырь заметил, как поднимается зомби, используя по очереди различные пары мускулов – не столько подъем, сколько рзворачивание вверх.
- Ваш… другой помощник по-прежнему в безопасности? – спросил Криввс.
- Внизу, в подвале, пьяный в стельку, - ответил мистер Штрырь. – Я не вижу причин, почему бы нам не свернуть ему шею прямо сейчас. Когда он увидел Ветинари, то просто развернулся и убежал. Если бы тот не был так удивлен, у нас были бы большие неприятности. Ну кто заметит еще один труп в подобном городе?
- Стража, мистер Штырь. Сколько раз я вам должен это повторять? Они поразительно хорошо замечают разные вещи.
- Мистер Тюльпан не оставит им особенно много того, что можно было бы заметить, - мистер Штырь замолчал. – Стража настолько вас пугает, да?
- Это Анк-Морпорк, - отрезал адвокат. – Мы – очень космополитический город. Мертвое состояние в Анк-Морпорке – иногда всего лишь неудобство, вы понимаете? У нас есть волшебники, у нас есть медиумы на любой вкус. А у тел есть привычка обнаруживаться. Мы не хотим ничего, что могло бы дать Страже улику, вы понимаете?
- Они послушают –ного мертвеца? – спросил мистер Тюльпан.
- Я не вижу причин, по которым они не станут этого делать. Вы ведь слушаете, - заметил зомби. Он немного расслабился. – В любом случае, всегда возможно, что ваш… коллега может в дальшейшем пригодиться. Какой-нибудь дальнейший маленький выход для убеждения неубежденных. Он слишком ценное приобретение, чтобы… уйти прямо сейчас.
- Да, ладно. Мы оставим его в бутылке. Но мы хотим добавку за собаку, - заявил мистер Штырь.
- Это всего лишь собака, мистер Штырь, - отозвался мистер Криввс, подняв брови. – Даже мистер Тюльпан сумеет перехитрить собаку, я полагаю.
- Сначала нужно ее найти, - сказал мистер Штырь, разумно встав перед своим коллегой. – В этом городе полно собак.
Зомби снова вздохнул.
- Я могу добавить еще пять тысяч долларов в драгоценных камнях к вашему гонорару, - сказал он. И поднял руку. – И, прошу вас, не оскорбляйте нас обоих, автоматически говоря «десять». Задача несложная. Пропавшие собаки в этом городе либо в конце концов заводят компанию с одной из диких стай, либо начинают новую жизнь в виде пары перчаток.
- Я хочу знать, кто отдает мне эти распоряжения, - потребовал мистер Штырь. Он ощущал вес Дез-органайзера внутри кармана.
Мистер Криввс выглядел удивленным.
- Я, мистер Штырь.
- Ваши клиенты, я имел в виду.
- Ох, ну правда!
- Это вот-вот приобретет политический характер, - продолжал настаивать мистер Штырь. – Нельзя сражаться с политикой. Мне потребуется знать, как далеко нам придется бежать, когда люди узнают, что произошло. И кто будет нас защищать, если нас поймают.
- В этом городе, джентльмены, - проговорил мистер Криввс, - Факты никогда не являются тем, чем кажутся. Позаботьтесь о собаке, и… другие присмотрят за вами. Готовятся планы. Кто сможет сказать, что произошло на самом деле? Людей легко сбить с толку, и об этом я заявляю как кто-то, кто в судах проводил века. Очевидно, как говорится, ложь успеет обежать весь мир, прежде чем правда наденет башмаки. Какая неприятная фразочка, вы так не думаете? Так что… Не паникуйте, и все будет хорошо. И не глупите тоже. У моих… клиентов долгая память и глубокие карманы. Могут быть наняты другие киллеры. Вы меня понимаете?
Он щелкнул застежками портфеля.
– Доброго вам дня.
Дверь за ним затворилась.
Позади Штыря послышался грохот, когда мистер Тюльпан вытащил свой стильный исполнительный набор для барбекю.
- Что ты делаешь?
- Этот –ный зомби в конце концов окажется на конце пары этих –ных полезных универсальных вертелов для кебаба, - заявил мистер Тюльпан. – А потом я наточу эту –ную лопатку. А потом… потом я надеру ему зад средневековым способом.
Были и более срочные проблемы, но это заинтриговало мистера Штыря.
- Это как именно? – спросил он.
- Я подумал, может быть, майское дерево, - задумчиво произнес мистер Тюльпан. – А потом демонстрация сельских танцев, запашка по трехпольной системе, несколько эпидемий чумы и, если у меня –ная рука не устанет, изобретение –ного хомута.
- Звучит здорово, - согласился мистер Штырь. – Теперь давай отыщем того проклятого пса.
- Как мы это сделаем?
- Разумно, - ответил мистер Штырь.
- Ненавижу этот –ный способ.


Его называли Королем Золотой Реки. Это было признанием его благосостояния, достижений и источника его успеха, который был не вполне традиционной золотой рекой. Это было значительным повышением его прежней клички, Гарри Моча.
Гарри Король сколотил свое состояние путем старательного применения старой поговорки: где есть грязь, там есть медь. На вещах, выбрасываемых людьми, можно было сделать деньги. Особенно на очень человеческих вещах, выбрасываемых людьми.
Настоящие основы его состояния начали закладываться тогда, когда он стал оставлять пустые ведра в разных гостиницах вокруг центра города, особенно в тех, которые были на большем расстоянии от реки, чем длина сточной канавы. Он брал скромную плату за то, чтобы выносить их, когда они наполнялись. Это стало частью жизни хозяина каждого паба: они слышали бряцанье в середине ночи и переворачивались в полусне на другой бок в твердой уверенности, что один из людей Гарри Короля делал мир чуть-чуть более приятно пахнущим местом.
Они не задавались вопросом, что происходило с полными ведрами, но Гарри Король уяснил кое-что, что могло стать ключом к великим богатствам: какими бы отвратительными они ни были, на самом деле существуют очень немного веществ, не использующихся где-то в какой-то промышленности. Есть люди, которым в огромных количествах необходимы аммиак и селитра. Если не получилось продать что-то алхимикам, то, скорее всего, его захотят приобрести фермеры. Если уж даже фермерам это не нужно, то нет ничего, ничего, каким бы кошмарным оно ни было, что нельзя продать дубильщикам.
Гарри чувствовал себя так, будто он был единственным человеком в рудниках, знавшим, как выглядит золото.
Он начал охватывать за раз целые улицы и расширил дело. В богатых районах домовладельцы платили ему, платили ему за то, чтобы он вывозил нечистоты, признанные теперь уже ведра, лошадиный навоз, мусорные ящики и даже собачье дерьмо. Собачье дерьмо? Они вообще представляли, сколько дубильщики платили за высококачественное белое собачье дерьмо? Это было все равно, что забирать вязкие алмазы.
Гарри ничего не мог поделать. Мир из кожи лез вон, чтобы давать ему деньги. Кто-то где-то давал ему деньги за дохлую лошадь или две тонны креветок, настолько далеко вышедших за пределы своего срока годности, что его и в телескоп было не рассмотреть, а самым чудесным в этом было то, что кто-то ему уже раньше заплатил за то, чтобы их забрать. Если уж чему-то совершенно не находилось покупателя, даже среди людей, изготавливающих корма для кошек, даже среди дубильщиков, даже самого мистера Достабля, то вниз по течению от города были громадные компостные кучи Гарри, где вулканическое тепло гниения и разложения создавало плодородную почву («10 пенни за мешок, мешок приносите свой… ») из всего, что туда забрасывали, включая, по слухам, разных темных дельцов, оказавшимися в борьбе поглощения вторыми. («Ваши георгины бдут расти как на дрожжях»).
Свое дело по обработке деревянной массы и тряпья он, впрочем, держал ближе к дому, вместе с огромными чанами, содержавшими золотую основу его сотояния, потому что это было единственной частью его бизнеса, о которой стала бы говорить его жена Эффи. Ходили слухи, что это она стояла и за заменой вызывавшей столько восхищения вывески над входом в его двор, гласившей «Г. Король – Вывоз Мочи С 1961». Теперь на ней значилось: «Г. Король – Переработка Щедрых Даров Природы».
Маленькая дверь в огромных воротах отворилась троллем. Когда дело доходило до найма нечеловеческих рас, Гарри Король был очень прогрессивно мыслящим человеком, и был одним из первых городских работодателей, предоставивших работу троллю. Пока дело касалось органических веществ, они не чувствовали запаха.
- Н-да?
- Я бы хотел поговорить с мистером Королем, пожалуйста.
- Ачом?
- Я хочу приобрести у него бумагу в значиельных количствах. Скажите ему, что обращается мистер де Слов.
- Ладно.
Дверь захлопнулась. Они подождали. Через пару минут дверь отворилась вновь.
- Король примет тя щас, - провозгласил тролль.
Итак, Уильяма и Славногора провели во двор человека, который, если верить слухам, копил использованные носовые платки до того дня, пока кто-нибудь не найдет способ извлечения серебра из козявок.
По другую сторону двери здоровенные черные ротвейлеры бросились на решетки своих дневных клеток. Все знали, что по ночам Гарри выпускал их бегать по двору. Он позаботился о том, чтобы все об этом знали. И любой ночной негодяй должен был очень хорошо управляться с собаками, если он не хотел закончить существование в виде пары фунтов Первосотрного Дубильного (Белого).
Кабинет Короля Золотой Реки находился в двухэтажном сарае, откуда открывался вид на двор и он мог обозревать выделяющие испарения холмы и цистерны своей империи.
Даже будучи наполовину скрытым своим большим столом, Гарри Король был огромным человеком с розовым блестящим лицом и несколькими прядями волос, пересекавшими голову. Было сложно представить его не в безрукавке и штанах с подтяжками, даже когда он их не носил, или не курящим большущую сигару, без которой его никогда не видели. Возможно, это было некоей защитой от ароматов, которые в некотором роде были его товарными запасами.
- Добрый вечер, парни, - дружелюбно поприветствовал их он. – Чем могу вам помочь? Как будто я не знаю.
- Вы помните меня, мистер Король? – спросил Уильям.
Гарри кивнул.
- Ты сын Лорда де Слова, верно? Ты в прошлом году, когда наша Дафни вышла замуж, в своем письме об этом рассказал, так? Моя Эффи была так впечатлена, все эти снобы прочитали про нашу Дафни.
- Сейчас это письмо стало несколько больше, мистер Король.
- Да, я об этом слышал, - отозвался тот. – Какие-то из них уже появляются в наших коллекциях. Полезный материал, я ребятам говорю, чтоб они складывали их отдельно.
Его сигара переместилась из одной стороны рта в другую. Гарри не умел читать или писать – факт, ни разу не помешавший ему превзойти тех, кто умел. Он нанял сотни рабочих, чтобы просматривать и разбирать мусор, и нанять еще парочку тех, кто мог просматривать и разбирать слова, было достаточно дешево.
- Мистер Король, – начал было говорить Уильям.
- Я не глупец, парни, - заявил Гарри. – Я знаю, зачем вы здесь. Но бизнес есть бизнес. Вы знаете, как это делается.
- У нас бизнеса без бумаги не будет! – выпалил Славногор.
Сигара вновь переместилась.
- А вы у нас?..
- Это мистер Славногор, - ответил Уильям. – Мой печатник.
- Дварф, а? – протянул Гарри, оглядывая Славногора с головы до ног. – Ничего не имею против дварфов, но вы не слишком хорошие сортировщики. Гноллы не много стоят, но грязные маленькие гаденыши съедают половину мусора. Тролли нормально справляются. Они у меня остаются, потому что я хорошо им плачу. Големы лучше всех – они могут сортировать круглый день и круглую ночь. На вес золота, и они, черт возьми, почти столько сейчас и требуют платы.
Сигара вновь начала свое путешествие по пересечению рта.
- Простите, парни. Сделка есть сделка. Хотел бы я вам помочь. Распродал всю бумагу. Не могу.
- Вы нас выбиваете, вот так просто? – возмутился Славногор.
Гарри смерил его прищуренным взглядом сквозь дым.
- Ты мне говоришь о выбивании? Ты же даже не знаешь, что такое золотник, нет? – спросил он. Дварф пожал плечами.
- Да. Я знаю. – Отозвался Уильям. – У него несколько значений, но, по-моему, вы говорите о большом затвердевшем комке грязи и монет, такие можно найти в трещинах старых труб, где вода образует воронку. Они могут быть весьма ценными.
- Что? У тебя руки как у девчонки, - произнес Гарри, от удивления его сигара мгновенно поникла. – Откуда вдруг ты это знаешь?
- Мне нравятся слова, мистер Король.
- Я стал грязекопателем еще в три года, - сообщил Гарри, приглаживая волосы. – Нашел свой первый золотник в первый же день. Конечно, один из старших детей у меня его тут же отобрал. И ты мне еще говоришь «выбивать»? Но у меня уже тогда был нюх на эту работу. А потом я…
Они сели и стали слушать, Уильям терпеливее, чем Славногор. В любом случае, если у вас был определенный склад ума, это было обворожительно, хотя Уильям и знал большую часть истории – Гарри Король рассказывал ее при каждой возможности.
Юный Гарри Король был чистильщиком канализации с видением, прочесывающим берега реки и даже саму поверхность мутного Анка в поисках потерянных монет, кусочков металла, полезных угольков – всего, что где-то чего-то стоило. К восьми годам он стал нанимать других детей. Ему принадлежали целые участки реки. Другие банды держались подальше, или же их поглощали. Гарри не был плохим бойцом, и он мог себе позволить нанять тех, кто были лучшими.
И так он и происходил, подъем Короля через продаваемый ведрами лошадиный навоз (гарантированно хорошо притоптанный) к тряпью, и костям, и металлолому, и бытовому хламу, и знаменитым ведрам, откуда открывалось поистине золотое будущее. Это было чем-то вроде истории цивилизации, но увиденной взглядом вверх с самого низа.
- Вы же не состоите в Гильдии, мистер Король? – спросил Уильям, пока тот остановился перевести дыхание.
Сигара довольно быстро переместилась из одного конца рта в другой и обратно - верный знак, что Уильям попал в яблочко.
- Пропади пропадом эти Гильдии, - заявил владелец сигары. – Они сказали, что мне нужно присоединиться к Попрошайкам! Мне! Я никогда ни о чем не просил, ни разу за всю свою жизнь! Вот ведь наглость! Но я их всех выпроводил. Я не буду иметь дела ни с какой Гильдией. Я хорошо плачу своим ребятам, и они со мной.
- Это Гильдии пытаюстся нас разбить, мистер Король. Вы это знаете. Я знаю, что вы обо всем слышите. Если вы не сможете продать нам бумагу, мы проиграли.
- Кем я буду, если нарушу сделку? – спросил Гарри Король.
- Это мой золотник, мистер Король, - произнес Уильям. – А ребята, которые хотят у меня его отнять, большие.
Гарри некоторое время помолчал, а затем тяжело встал и прошел к окну.
- Подойдите и гляньте, ребята, - позвал он.
На одном конце двора было большое колесо, приводимое в действие парой големов. Оно двигало скрипучую бесконечную ленту, пересекавшую большую часть двора. На другом конце несколько троллей с широкими лопатами кормили ленту из кучи мусора, которая, в свою очередь, постоянно заполнялась вновь подъезжающими время от времени телегами.
Вдоль ленты стояли големы, тролли и даже иногда люди. В колеблющемся свете факелов они внимательно следили за движущимся хламом. Время от времни вылетала рука и что-нибудь кидала в бак позади рабочего.
- Рыбьи головы, кости, тряпье, бумага… У меня пока что двадцать семь разных ящиков, включая один для золота и серебра, потому что вы поразитесь, сколько всего по ошибке выкидывают. Динь-динь, ложечка мелькнет, скоро и кольца черед… Так я всегда пел своим дочуркам. Все навроде твоей газеты идет в ящик шесть, Низксортные Бумажные Отходы. Большую их часть я продаю Бобу Холтели в Пятый и Седьмой Двор.
- А что он с ней делает? – спросил Уильям, запомнив «Низкосотрные».
- Очищает и размягчает для туалетной бумаги, - ответил Гарри. – Жена ее постоянно рекомендует. Лично я-то всегда без посредников обхожусь.
Он вздохнул, видимо, не заметив резкого падения чувства собственного достоинства Уильяма.
- Вы знаете, иногда я стою вот тут по вечерам, когда грохочет лента, и закат сверкает на выгружаемых чанах, и, я не стыжусь признаться, на глаза набегают слезы.
- Честно говоря, у меня тоже, сэр, - сообщил Уильям.
- Послушай, парень… Когда тот пацан отобрал у меня мой первый золотник, я же ведь не стал бегать вокруг и всем жаловаться, так? Я знал, что у меня глаз на такое дело наметан, понимаешь? Я начал снова, и нашел намного больше. А на свой восьмой день рождения я заплатил паре троллей, чтобы они разыскали человека, который отобрал мой первый золотник и выбили из него семь различных видов соплей. Ты это знал?
- Нет, мистер Король.
Гарри Король посмотрел на Уильяма сквозь дым. Уильям почувствовал, что его поворачивают и изучают со всех сторон, как нечто найденное в мусорном баке.
- Моя младшая дочь, Гермиона… Она в конце следующей недели выходит замуж, - сказал Гарри. – Большое событие. Храм Оффлера. Хор и все такое. Я приглашаю всю верхушку снобов. Эффи настояла. Они, конечно, не придут. Только не к Гарри Моче.
- А Таймс бы там побывали и все описали, - проговорил Уильям. – С цветными снимками. Вот только мы завтра разоримся.
- Цветными, а? Вам их кто-то будет красить, да?
- Нет. У нас… Свой особый способ, - ответил Уильям, изо всех сил надеясь, что Отто говорил серьезно. Сейчас он был не просто на тонкой ветке, он вообще находился опасно за пределами дерева.
- Вот уж на что будет посмотреть, - произнес Гарри. Он достал сигару, задумчиво посмотрел на нее и снова поднес ко рту. И сквозь дым внимательно разглядел собеседника.
Уильям почувствовал отчетливое беспокойство хорошо образованного человека, которому пришлось столкнуться с фактом, что следящий за ним неграмотный человек, возможно, мог троекратно его перехитрить.
- Мистер Король, нам правда очень нужна эта бумага, - сказал Уильям, чтобы нарушить задумчивое молчание.
- В тебе что-то есть, мистер де Слов, - проговорил Король. – Когда мне нужны служащие, я их покупаю и продаю, а ты, по мне, не пахнешь как служащий. У тебя дух человека, который прокарябается сквозь тонну дерьма ради одного фартинга, и мне интересно, почему это так.
- Послушайте, мистер Король, прошу вас, продайте нам немного бумаги по старой цене? – взмолился Уильям.
- Не могу. Я говорил. Сделка есть сделка. Граверы мне заплатили, - коротко ответил Гарри.
Уильям открыл было рот, но Славногор придержал его за руку. Король явно двигался к концу нити раздумий.
Гарри снова склонился к окну и созерцательно вгляделся во двор с его испускающими пар кучами. А затем…
- О, ну вы только взгляните, - произнес он, отступая от окна в полнейшем изумлении. – Видите вон там у других ворот ту повозку?
Они видели повозку.
- Я ребятам, наверное, сотню раз повторял, не оставляйте вы полностью нагруженную и готовую потправляться повозку прямо вот так около ворот. Кто-нибудь ее умыкнет, говорил я им.
Уильям задался вопросом, кто бы стал красть что-либо у Короля Золотой Реки, владельца всех этих раскаленных компостных куч.
- Это последняя четверть заказа Гильдии Граверов, - сообщил Гарри, обращаясь к миру в целом. – Мне придется вернуть им деньги, если меня обкрадут прямо здесь, во дворе. Надо будет мне сказать управляющему. Он в последнее время становится таким забывчивым.
- Нам пора уходить, Уильям, - произнес Славногор, снова схватив руку Уильяма.
- Почему? Мы же не…
- Как мы можем отплатить вам, мистер Король? – спросил дварф, волоча Уиьяма к двери.
- Подружки невесты будут одеты в о-де-нилль, чем бы это ни было, - отозвался Король Золотой Реки. – О, и если к концу месяца я не получу от вас восемьдесят долларов, вы, ребята, окажетесь в глубокой, - сигара дважды преодолела длину рта, - беде. Головой вниз.
Две минуты спустя повозка, поскрипывая, выехала из двора, под любопытно безразличным взглядом тролля-управляющего.
- Нет, это не кража, - твердо заявил Славногор, подстегивая лошадей. – Король возвращает мерзавцам их деньги, а мы платим ему по старой цене. Так что все счастливы, кроме Инквайрера, но кому до них какое дело?
- Мне не понравилась та часть про глубокую пауза беду, - сказал Уильям. - Головой вниз.
- Я ниже тебя, так что мне вообще в любом случае никак не всплыть, - откликнулся дварф.
Проследив, как повозка скрылась, Король прокричал вниз одному из своих служащих прихватить ему из Ящика Шесть экземпляр Таймс. Потом, пока ему читали покрытую пятнами и измятую газету, он невозмутимо сидел, за исключением загораюшейся и потухающей сигары.
Через некоторое время он расплылся в улыбке и попросил служащего прочитать некоторые отрывки еще раз.
- А, - произнес он, когда тот закончил. – Я так и думал. Этот парень – прирожденный грязекопатель. Как досадно для него, что он родился далеко от настоящей честной грязи.
- Мне отправить кредит-ноту Граверам, мистер Король?
- Да.
- Как вы полагаете, вы получите свои деньги назад, мистер Король?
Обычно Гарри Король не терпел подобного от служащих. Они должны были вести счета, а не обсуждать политику. С другой стороны, Гарри сделал состояние, замечая блеск в трясине, и иногда, встретившись с ним, приходилось распознавать человеческий опыт и знание дела.
- Что это за цвет – о-де-нилль? – спросил он.
- О, один из таких сложных цветов, мистер Король. Что-то вроде светло-голубого с оттенком зеленого.
- Можно достать чернила такого цвета?
- Я могу узнать. Вообще такое дорого.
Сигара совершила свой путь от одной стороны рта Гарри к другому. Он был известен как человек, души не чаявший в своих дочках, которые, как он чувствовал, страдали от того, что у них такой отец, которому нужно дважды принять ванну, чтобы стать просто грязным.
- Мы будем присматривать за нашим маленьким писателем, - сказал он. – Предупреди ребят, хорошо? Я
бы не хотел, чтобы наша Эффи была разочарована.


    

 Помочь Мастеру Minimize

Про Фонд исследования болезни Альцгеймера

Если хотите помочь в сборе средств для Треста исследования болезни Альцгеймера, сделайте, пожалуйста взнос, щелкнув на ссылку официального сайта по сбору средств, где, как  вы можете быть уверены, все 100% попадут тресту. Не забудьте упомятуть Терри в окне для комментариев.

Спасибо за вашу продолжающуюся поддержку.


  

Copyright (c) 2018 Терри Пратчетт — Русскоязычный международный сайт   Terms Of Use  Privacy Statement
DotNetNuke® is copyright 2002-2018 by DotNetNuke Corporation