Автор / Сообщение

Лучший подарок на Страшдество

Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:33 pm     Заголовок сообщения: Лучший подарок на Страшдество

В Анк-Морпорке шёл снег. Достабль торчал на крыше одного из домов и пялился в бинокль на ночной город, в котором то здесь, то там зажигались яркие праздничные огни.

- Что ты делаешь? - пододвинув объёмный мешок, рядом присела хрупкая девушка, кутающаяся в длинную шубу.

Достабль опустил бинокль и доверительно сообщил:

- Смотрю, как мир становится чуточку светлее...
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:35 pm     Заголовок сообщения:

И когда Кирпич спросил:

- Так че, разве всем надо, чтобы подарили че на Страшдество, да? Шо, даже Нобби Ноббсу, ему тоже?

Детрит, конечно, быстро ответил, что да, даже и ему тоже. Это же не случайный какой-то вопрос, мол, нужно ли всякой сволочи дарить то да се, нет, вовсе не это. До того, как Детрит занялся с Кирпичом, сам Кирпич был намного ниже по статусу, чем любой Ноббс. Если же сделать исключение для Нобби, так что получается…? Детриту думать об этом не хотелось. Хотя ему много о чем не хотелось думать, но об этом особенно.

- А кто подарит ему, Ноббсу? – продолжал недоумевать Кирпич.

Тут пришлось серьезно подумать. Аж вентилятор на шлеме перегрелся. Пожалуй, может и есть кому, вот у Нобби даже девушка есть, при чем не какая-то, а самая знаменитая гоблинка. Но дарят ли вообще что-то друг-другу гоблины, это Детриту было неизвестно. Кто еще знает, может капитан Кэррот дарит ему что-то (никогда не знаешь не дарит ли Кэррот что-то любому забулдыге), может еще сержант Колон, а еще у Нобби есть его старая матушка. Но все это – дело неясное. Когда дело касается Нобби, никогда не ясно, кто его может случайно пропустить.

- Мы с тобой и подарим ему, Кирпич, - придумал наконец-таки Детрит и ласково треснул мальца по голове. Надо парню учиться, чтобы сам о других заботился.

- А че мы ему? – спросил Кирпич.

Так как вентилятор на шлеме уже перегрелся, Детрит сказал, что подумает немного погодя. Короче говоря, получился тут гхагхааргхайайгхчеохагм - как это сказать по человечески? – „камень преткновения“.

Или кто его знает, может не лучший это перевод на человеческий. Человеки и дварфы думают, что „камень преткновения“ – это обязательно плохо. А тролли не думают (поди думай внизу в равнинах). Тролли знают. Камни преткновения бывают разные. Бывает такой камень преткновения, который по тролльски ааргхачёзаёмаё – при котором иногда доходит до драки и прочих беспорядков. А это, конечно, плохо, потому что дополнительная работа для Стражи. Бывают еще много всяких других видов камней преткновения. А бывает гхагхааргхайайгхчеохагм – когда тебе все не клеится, не получается, пока не споткнешься о такой камень, подумаешь что все, уже хуже некуда, и как треснешься о землю башкой… а от этого у тебя вправит мозги, и вдруг все станет хорошо.

У троллей это так – всякое просветление происходит от камня треснувшего по башке. У человеков, дварфов и прочих это не так, но у троллей так. Тролли знают. Как живет тролль в теплых местах, у него всякие там связи в голове расплавляются и одни кривятся и перестают проводить что надо проводить, другие слипаются, и начинают проводить, чего не надо бы проводить. А если такую башку хорошенько треснуть, связи как встряхнутся, и опять, бывает, встанут на свои места.

Но хватит о просветлениях. Троллю в молодом возрасте слишком много думать нельзя. Раздумья – они для стариков, которые от этого думанья вовсе каменеют. А городскому троллю и думать нечего. Тролли знают.

И никакого вопроса нет, чо именно дарить. Ясно что дарить. Всегда хорошо подарить камень.

Вот, к примеру, он, Детрит, приготовил такой красивый камень для Рубины. Как красиво было бы этим камушком ее треснуть. А если повезет, она может тебя самого каак треснет, ммм. Для сослуживцев троллей у него тоже припасены неплохие камни. И не только для троллей. Для капитана Кэррота неплохой камень нашелся – редкий вид дварфского боевого хлеба, один кореш недавно заходил в гости в родные горы и вынул его из пятки своей бабушки. Для Ангвы тот же самый камень – пусть она сама решит как ей капитана Кэррота этой лепешкой треснуть. И для Шелли нашлись два чудесных камня чтобы держать за пазухой. То есть у Шелли это будет значить держать их спереди под броней над поясом. Рубина говорила, что нынче это очень… как это было по человечески? По тролльски это называется гхлаамуур. Детриту, впрочем, не совсем было ясно почему, но троллю и не нужно раздумывать, что будет гхлаамуур-но, а что нет. Троллю надо не думать, а спросить троллиху, и она скажет, что гхлаамуур-но, а что нет…

Так не составило никакого затруднения вместе с Кирпичом подобрать камень и для Нобби. Не в этом было преткновение, конечно. Преткновение было, как найти Нобби, чтобы подарить камень.

- Но серж! – отчаянно оправдывался рядовой стражник Туф, - Как же? Написано же, тута же сейф для ве-щас-твен-ных дурака-за-тельств. Значиться, сюды и надо сунуть было зубы. Патаму-что они и есть ве-щас-твен-ных дурака-за-тельства.

Все в Страже знают, что в сейф для вещдоков № 2 ничего нельзя оставлять, потому что Нобби Ноббс всегда все оттуда стырит. Такая получилась традиция. Но стражник Туф новенький и получилось, что не знает. Сказано было ему, что надо прибрать вещдоки, вот стражник Туф и прибрал. А потом невыясненное лицо (эт’ значит Нобби) вещдоки оттуда традиционно стянуло. Беда в том, что вещдоки, которые поручили прибрать Туфу – это были оставшиеся после беспорядков между одними троллями зубы. Тролльские зубы. Бедный Нобби. Все же знают, что он никогда не тырит ничего серьезного, наверное даже не посмотрел, что там в сейфе для вещдоков № 2, там же никогда ничего особенного. А просто, наверное взял, и аж потом увидел и запаниковал. Ай-ай-ай, что получилось. Сказали, что Нобби говорил, что ему надо взять отпуск на погребение двух бабушек сразу. Плохо дело, запаниковал Нобби. Не хочет объяснять, как такое получилось. Плохо дело, где его теперь искать?

И рядовой стражник Туф тоже хорош! Думал, представляете себе, что раз написано, значит… Думал! А хороший тролль должен бы знать. Знать, что тролльские зубы это штука серьезная и что о ней надо не думать, а спросить у вышестоящего чина. Вот Детрит сейчас треснул Туфа по башке, вразумил его. Все равно поздно, Нобби неизвестно где спрятался.

Целый день, почти до полуночи они с Кирпичом искали Нобби. Остановят возможного свидетеля, начнут спрашивать, видел ли он Ноббса. Пока свидетель не охрипнет и уже ничего, что он говорит не понятно. Тогда остановят следующего и дальше спрашивают. Так ведется полицейское дознание – спрашиваешь, спрашиваешь, не даешь себя сбить со следу, пока наконец кому-то не надоедает и не раскрывает все.

Но до полуночи так и не нашли Нобби. Плохо дело, канун Страшдества уже кончается, а Нобби не нашелся. Если дознание продолжать, конечно наконец найдется, куда еще ему деться, но Страшдество-то пропущено будет. А Детрит еще обещал Кирпичу, что пойдут посмотрят, как в Королевском Клубе Возвышенных Традиций будут изображать Легендарных Королей дарящих Страшдественские Подарки. В Королевском Клубе этом оно так – там не Санта-Хрякус а эти короли. Санта-Хрякуса Кирпич уже смотрел, а королей еще нет.

И решил Детрит, Нобби никуда не денется, а если не сходить с Кирпичом к Королевскому Клубу до полуночи, пропустят они, что бы там ни было увидеть.

Камень преткновения, короче говоря – вроде идешь себе как следует, по всем правилам полицейского расследования, а вдруг все летит вверх тормашками.

Доходят они почти до клуба того и видят, околачивается около здания какая-то подозрительная фигура с чем-то вроде короны на голове и мешком за плечами и при виде сержанта сразу кинулась наутек.

Ни троллям, ни, тем более, хорошо обученным органам Стражи в таких случаях нет необходимости думать. В таких случаях и тролли и, тем более, хорошо обученные органы Стражи, и так знают – в погоню надо. Все ясно.

Подозрительная фигура бежала умело, но Детрит срезал один угол. Каменный угол, который фигуре резать было не по силам. так что догнал.

И первым делом подарил Нобби Ноббсу камень. Сперва это Ноббсу почему-то не понравилось. От паники наверное. Думал кто его знает что. С людьми, даже с Ноббсами, бывает.

- Что же ты обо мне подумал, серж? Сижу, я, никого не трогаю, хочу подарки дарить, но гады меня в Королевский Клуб не пускают! А я же лучше всех Дарящим Королем оделся. Почему это они так, серж?

- Зубы где? – решил избавить капрала от его затруднения сержант.

- Какие зубы? Почему это все на меня зуб держат? – огрызнулся Нобби.

- Зубы где? – перешел к более изощренным вопросам Детрит.

Нобби еще долго не кололся, но Детриту и не нужно было чтобы Нобби кололся. Детриту наплевать было виноват Нобби или кто-то другой. Детриту надо было знать только, зубы где, чтобы прибрать их куда надо и чтобы кончилась заморочка. И капралу это тоже было ясно, отпирался он только потому что не любит он добровольно признаваться, такой он. Но нечего тут думать, все и так ясно – есть Установленная Полицейская Процедура Допроса – надо спрашивать и спрашивать и спрашивать. И наконец-таки Нобби сказал, где спрятаны зубы. Еще по полуночи.

- И че они тебя, Нобби, в клуб не пустили?

- Да пошел ты, серж.

- Не, че они тебя, Нобби, в клуб не пустили? – продолжил не менее возмущенно Детрит.

Вопрос пришлось задать еще несколько раз, пока до Нобби не дошло, что…

- Офицера Стражи через парадный ход допустить побрезговали, серж, - указал пальцем на дверь клуба Нобби, - Воспрепятствовали! При исполне… воспрепятствовали в общем-то. При исполнении традиционного обычая, серж. А как думаешь, Детрит, настоящему легендарному король дарящему подарки же нельзя без свиты. Без Стражи. Не сопроводите ли меня с Кирпичом, как думаешь, серж?

- Думать нечего. Знаю, - ответил тролль. – Страже воспрепятствовать – это Нарушение № 22. Меры принять надо.

….

- Мы знали, что камень тебе понравился, капрал. В конце, - проговорил умиленно кирпич, когда они уже удалялись от Клуба, в котором уже были приняты меры и сейчас доносились звуки скандала. Скоро может и совсем в беспорядки перерасти.

Нобби удивленно осмотрелся, пока взгляд его не остановился на забытый в руке подаренный ему камень. Но довольная ухмылка так и не сошла с лица. В Клуб он все таки вошел по королевски. Со свитой. King size.

- А, сержант, думаю, лучше не беспокоить мистера Ваймса подробностями о том, как я был одет, а? А то сейчас мистеру Ваймсу и так несладко. На этом сегодняшнем торжественном вечере леди Сибил, когда городские преступники, гады, не придумали для мистера Ваймса никакого повода вмешаться. Так что нечего ему еще всякими пустяками беспокоить, как думаешь?

- Думать нечего, Нобби. Бежать к мистеру Ваймсу надо. Сообщить о беспорядках там, - Детрит указал пальцем назад за могучим плечом. На скандал в клубе позади.

- О, да, - обрадовался Нобби, - тут без командора не обойтись, ясное дело!

Нобби побежал и Детрит получил просветление. Без никакого камня по голове. Бывает, что и так утрясаются проклятые кремниевые мозговые связи. Называется такое по человечески - „камень преткновения“. Вот, целый день ничего не придумывалось, что подарить мистеру Ваймсу, а сейчас вдруг само образовалось. И такое бывает.

Вот прямо сейчас и настала полночь. Пора звонить и орать: „Полночь и все спокойно!!!“

(с) dominam non inventurus
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:36 pm     Заголовок сообщения:

Тот день выдался ничем не примечательным, если говорить о погоде: птички пели, деревья колыхались, люди ходили. Всё как обычно. Но вот беда: Сундук захворал! А мне как раз предстояло приготовить страшдественский подарок моему старому знакомому, одному из виднейших волшебников на всём Диске - Наверну Чудакулли.
что делать - пришлось бежать в магазин за "Древесной смазкой". Это она только так называется, на самом же деле, она прекрасное и действенное лекарство, сделанное из соков разных пород деревьев, а значит, прекрасно взаимодействующее с грушей разумной. Как вы наверняка знаете, все Сундуки - и молодые, и старые, и мой, и чужие - сделаны из этого дерева, произрастающего только на нашем Противовесном Континенте. И здесь закралась ещё одна неприятность: у нас на Континенте временами бывает довольно холодно, а я, когда занимался подарком для Чудакулли, вновь гостил туристом у своего давнего друга, валшепника, как он сам себя называет, Ринсвинда в Анк-Морпорке.
Ринсвинд вышел по делам - погулять или попить пива, а может, поболтать с другими занимающимися важными делами волшебниками, - я же остался дома. Денег у меня было только на карманные расходы, остальное находилось в Сундуке, а он, бедняга, и открываться не хотел или, может статься, не мог. Потому я накинул лёгкую одежду и выбежал в ветреное утро.
Аптека располагалась неподалёку, и я на полной скорости, как говорят извозчики, влетел внутрь.
- Лекарство для Сундуков есть? - спрашиваю.
- Только что закончилось, - отвечают.
я вытаскиваю песочные часы, вспоминаю, сколько там было песка в прошлый раз, подсчитываю в уме и понимаю, что времени для того, чтобы приготовить подарок, крайне мало. Сую часы обратно и бегу за Риснвиндом.
но Ринсвинда, понятное дело, нигде нет (а как же иначе? Подлый закон! В смысле, закон подлости!).
Тогда куда? Правильно, к стражникам. Колон со Шнобби, единственные, кого из стражников можно встретить в городе, да и то изредка, лузгают семечки и охраняют шелуху. Все прочие защитники Анк-Морпорка обычным порядком - либо в баре, либо дома, либо дома с кружками пива из бара.
- Лекарство!.. - выдаю я, пытаясь отдышаться.
- Больница в той стороне, - отвечает Шнобби.
- Да нет, для груши!
- Психиатрическая - в противоположной.
- Да для груши разумной же!
- Говорю же, в противоположной.
- Слушай, Шнобби, - вмешивается в наш умный диалог Колон, - кажется, ему нужно лекарство для вещи, сделанной из разумной груши.
- Точно! - спешно подтверждаю.
- А-а-а, - понимает наконец Шнобби. - Тогда аптека - там.
- Но я уже был в аптеке!
- А что же ты нас зря тревожишь? Не видишь, на часах 12 дня, и всё спокойно. Пожалуйста, будь добр, иди обратно, чтобы это спокойствие никуда не улетучилось. А то...
- А то? - уточняю я.
Шнобби и Колон одновременно вздыхают.
- А то оно может улетучиться, ведь нам придётся заняться делами, - неохотно поясняет Колон.
Теперь вздыхаю я и понуро бреду домой.
Кажется, подарком для Чудакулли я так и не смогу обзавестись. Обидно, досадно...
Навстречу попадается Гаспод, и я интересуюсь, нет ли у него лекарства для Сундуков.
- Нет, я завязал с воровством, - откликается говорящий пёс. - Кстати, не интересует незаконная партия собачьего корма? Нет? Ну ладно.
"Ну ладно", - повторяю я, продолжая свою предыдущую мысль, и вскоре оказываюсь дома.
Ложусь на кровать, закидываю ноги на спинку, - и вдруг дверь с грохотом распахивается. Я вскакиваю.
- Ну где ты пропадаешь?! - с порога недовольно - в своей обычной манере - осведомляется Ринсвинд. - Я тебе обыскался. Сундук захворал, а тебе, помню, для нашего аркканцлера подарок готовить. На вот лекарство, последнюю штуку в аптеке урвал.
Радостный сверх меры, я подбегаю к Ринсвинду, жму и трясу ему руку, а потом - молнией к Сундуку и поливаю его. Сыплются искры, валит дым, появляются яркие цвета, а после всё пропадает. Сундук сразу же приходит в себя: поднимается на коротенькие толстые ножки, высовывает язык, облизывает меня и открывается. Я роюсь в нём и нахожу подходящий подарок для аркканцлера Чудакулли.
- Та-да-ам!
Я воздел в воздух руку с новенькой волшебнической шляпой: как положено, коническая, со звёздочками и месяцами, красная.
Ринсвинд чуть на пол не упал, когда я следом рассказал ему о своих приключениях.
- Двадцветок, о боги! Шляпа волшебника ведь в любом магазине продаётся! И ради этого ты себя загонял до седьмого пота по всему городу?
Я стушевался и пожал плечами. Ну, что тут скажешь? И я сказал:
- Да нет, - сказал я, - не по всему городу - всего лишь кварталов пятнадцать-двадцать оббегал.

(с) Da Quirm
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:37 pm     Заголовок сообщения:

Сага об одном меломане.

Доблестный Ваймс, лихой командор,
Шел как-то раз покурить в коридор.
Выглянул в двери и понял: пропал!-
Голос из Оперы дивный звучал.

Кто это? Как это? Что это? Где?
О царской лепешке поет гном в бороде...
Станом - Сибилла, косы - волной...
Всю сцену заполнила прима собой.

Дивным сопрано внезапно сражен
Ваймс блуждает, в мечты погружен.
Сыплет снегами Зимний Кузнец.
Вот и идея пришла наконец!

Скоро ведь праздник, пора: Страшество!
Дама получит презент от него!
Но что подарить? Как подарить?
Трудный вопрос, что и говорить...

Может быть, платье? А, может, букет?
Нет! Три пуда шоколадных конфет!
И вот, на Святвечер, пугая Судьбу,
Ваймс по Опере лезет в трубу.

С мешком шоколада пролез в дымоход,
Медленно, верно, вниз и вперед.
Вот и добрался,подарок готов -
Торба конфет и несколько слов:

"Леди, за песни Вас благодарю!
В знак восхищенья конфеты дарю.
Ваш верный поклонник я с давних пор.
Пойте еще!
Ваш Командор."

*****
- Как слазил? Все вышло? -
Спросила Сибилла, -
Все-таки, музыка - страшная сила!

(с) ЖЖЖенечка
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:38 pm     Заголовок сообщения:

Над Анк-Морпорком шел снег.
Начинался он где-то высоко белоснежными ледяными иголочками.
Иголочки смерзались в изысканные восьмиконечные снежинки.
Далее, по пути вниз, снежинки слипались в хлопья...
А уж хлопья, опустившись достаточно низко, чтобы попасть в вечный дымный смог Анк-Морпорка, впитывали в себя, сколько могли, сажи и копоти, становились серовато-желтоватыми, начинали чуть подтаивать и превращались в мокрый снег...

Но всё-таки это был снег.
И он всё шёл и шёл, и, постепенно прочищая воздух от сажи и пыли, становился всё белее и пушистее, засыпал собой всю грязь, ямы, обломки, битые кирпичи, булыжники мостовых, цветную плитку у богатых подъездов, каменных львов у входа, затейливые резные карнизы... Стирая разницу между бедным Морпорком и богатым Анком.
И город приобретал непривычную красоту и классическую стройность.

В окнах светились разноцветными свечками страшдественские деревья. По улицам ходили с мешками и корзинками стайки детей и молодёжи самого разнообразного вероисповедания, неся перед собой на шестах фанерных черепах и распевая страшдественские гимны, славящие Ио или Оффлера, Ома или Анойю, или многих других - но суть всех этих песнопений сводилась к одному: самое темное время подходит к концу, скоро в мире снова будет много света и солнца, а поэтому будьте добры и сердечны, и в честь Ио или Оффлера, Ома или Анойи, или многих других поделитесь с нами чем-нибудь вкусненьким!

На Новом мосту, самом старом мосту города, под всё усиливающейся метелью стоял снеговик.
Во всяком случае на первый взгляд это был снеговик - его форма была несколько более гуманоидна, чем у обычного сугроба. Угадывалась голова, плечи... Даже руки.
От прочих представителей своей расы он отличался аксессуарами: он был лишён морковного носа, метлы и ведёрка на голове, зато был украшен висящим на груди лотком.
Снеговик стоял неподвижно уже минут двадцать, переживая самые необычные за всю свою не такую уж короткую жизнь ощущения.

Звали его Себя-Режу-Без-Ножа Достабль, и то, что его двадцать минут назад попытались ограбить - причём без лицензии - какие-то гастролёры с долины Сто Лат, его в принципе ничуть не удивляло и не было для него чем-то особенно новым...
Не очень потрясло его даже и то, что оказавшийся рядом стражник прервал процесс ограбления на самом интересном месте и быстренько арестовал незадачливых бандитов, чтобы избавить их от участи похуже (но в страшдественском рассказе об этой участи вспоминать слишком подробно не стоит)...
И даже то, что стражником этим оказался лично его светлость герцог Анкский, сэр Самюэль Ваймс, не стало для Достабля таким уж сюрпризом: всем известно, что коммандер любит порой в одиночку лично попатрулировать город...

Ваймс, без долгих церемоний, поволок грабителей за шкирку в участок, оставив Достабля на мосту - и тут-то, повидимому, над СРБНом пролетел какой-то тихий ангел или дух страшдества... Или блуждающий разряд магии в него угодил, долетев от Незримого университета... Или мелодия очередного гимна...
Но только на него снизошло странное, небывалое настроение. И в голове зароились странные, небывалые мысли...

Он стоял и думал: "Вот человек, который не раз, не два и не десять спасал и меня лично, и весь Анк-Морпорк, от множества бед и катастроф... И этот человек очень любит сосиски... Я знаю, что он очень любит сосиски - сколько раз он их у меня покупал! А я ему их продавал...
Но что - что я ему продавал?!
Говоря по чести, мои сосиски просто недостойны такого замечательного человека! Я знаю, что я сделаю! Я прямо сейчас сделаю коммандеру подарок к Страшдеству - в самых подлинных страшдественских традициях!"

Придя к такому выводу, он стряхнул с себя несколько фунтов снега и решительно пошагал в сторону ближайшей дорогой колбасной лавки, где поверг торговца в полное изумление, заказав у него связку лучших ликалловских сосисок.
Ведомый всё тем же странным наитием, он тщательно уложил покупку в свой фирменный пакет из оберточной бумаги, написав на нём химическим карандашом (послюнив его предварительно) "Счастливого рождества от СБРН Достабля"... И тут сообразил, что искать Сэма Ваймса под снегопадом по всему городу - мысль, пожалуй, не самая удачная.
Разумнее занести подарок непосредственно к нему домой...

Через полчаса он уже стучался в двери особняка Рамкинов.
Ваймса дома не было, видать, он всё ещё патрулировал предпраздничный город, но Достабль был проведён к леди Сибил, всячески поблагодарён, обласкан, напоён чаем с кексами и парой рюмок лучшего портвейна, и, заручившись обещанием леди передать супругу его подарок, ушёл восвояси, испытывая неведомый ему прежде подъём духа от познанной радости бескорыстного дарения.

... Когда он ушёл, леди Сибил озабоченно посмотрела на свёрток в засаленной бумаге. Судя по запаху, это были сосиски.
Она позволила себе приоткрыть пакет - да! Это именно они.
Достабль очень милый человек, и невероятно трогательно с его стороны сделать Сэму такой подарок... Но она просто не могла допустить, чтобы муж ел ЭТО.
Сосиски Достабля из подлинной свиньи, предварительно побритой?... Ни за что.
Она возьмёт грех на душу.

- Вилликинс, дорогой! Срочно пошлите пожалуйста горничную в ближайшую мясную лавку, пусть там купит связку лучших сосисок... И слугу покрепче - пусть возьмёт корзинку, положит в неё бутылку бренди, хлеба и вот эти сосиски - и отнесёт их к мосту... Верней, под мост... Только пакет оставьте...

Ну что ж.
Когда Ваймс пришёл домой, его ждал царский ужин, о каком он давно уже и мечтать себе не позволял - великолепные жареные сосиски с картофельным пюре и пикулями - правда, и с немалым количеством зелёного салата, ну да за такие сосиски даже и салат простить можно!
И он с удовольствием выпил имбирного эля за здоровье славного Достабля!

А под мостом Человек-Утка, Генри-Гроб, Старикашка Рон, Арнольд Косой и Гаспод тоже праздновали Страшдество и пировали, поджаривая лучшие ликалловские сосиски над костерком из старых ящиков, и запивая их лучшим бренди из погребов леди Сибил.
Запаху Старикашки Рона, правда, ни сосисок, ни бренди не досталось, но он был не в претензии. Он предпочитал просто отдохнуть - надо ж и ему когда-то забыть о напряжении, расслабиться, забыться... Подремать... Так что он пристроился где-то неподалёку от всей честной компании и был почти незаметен...

(с) Nanny Ogg
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:38 pm     Заголовок сообщения:

В шесть часов утра Наверн дочитал последнюю страницу и закрыл книгу. Он посмотрел на неё неприязненно - книга нарушила его распорядок. В другой день он бы уже несколько часов как спал крепким здоровы сном без сновидений, а сейчас в его голове бультыхались разнообразные ненужные мысли и к тому же он проголодался.

Всё дело в том, что книга была того самого общественно-неудобного объёма.
Никто не осудит вас, если вы год будете мусолить первые десять страниц тысячелистного фолианта. Разумеется, к такому внушительному материалу нужно подходить с должным пиететом, вам докажет это в два счёта распоследний студент. Никто не осудит, если вы отмахнётесь от брошюры страниц на двадцать: в таком ничтожном объёме, без сомнения, сложно уместить что-либо стоящее, а вы человек занятой и не можете забивать голову всякой чепухой.

Другое дело, если книга тянет на десять дюжин страниц. Почему-то общество, проигнорировало эту категорию, когда занималось своим любимым занятием - всеми способами упрощать себе жизнь, и продолжало считать, что мало-мальски образованный человек обязан периодически ознакамливаться с любой ерундистикой, если она вот такого условно небольшого объёма, "чтобы быть в курсе культурных течений".

Конечно, придумать причину почему ему не нужно читать эту книжонку, Наверну бы труда не стоило. В буквальном смысле, поскольку в другой ситуации он вообще бы не стал тратить на подобное своего внимания и сунул бы книгу в растопку у ближайшего же камина.

Однако конкретно этот экземпляр ему вручила на вчерашнем банкете дочь лорда Устрицы, предмет отцовского восхищения и умиления. А у лорда Устрицы, как Чудакулли накануне же и выяснил, имелись отличные загородные охотничьи угодья, и Наверн чувствовал - лучшим способом заявиться туда в гости будет нагрянуть под предлогом страстного желания обсудить с девчушкой книгу. Страшдественские каникулы были уже на носу и убедить старого моряка (и, поговаривают, пирата) другим способом (читай - запугать), чтобы тот пригласил его в поохотиться, Наверн уже не успевал.

К сожалению, книжонка оказалась не детективом и даже не романтической чепухой о пчёлках и цветочках, или о пестиках и тычинках, или о чём-то в таком духе, так обожаемом молодыми полнокровными девушками. Юная Устрица была слегка не от мира сего и посвящала свободное время изучению современных философских направлений. Пожалуй, хорошая тычинка могла бы и подправить здоровье девушки, поговаривали доброжелатели, но старый лорд с такой позицией категорически не соглашался и держал дочь за крепким забором из трёх гувернанток.

В двух словах суть книги заключалась в следующем: дарящему да воздастся. Автор, правда, вёл к этой простой и изъезженной мысли витиеватыми путём, долго размышляя о жизни и смерти, о переносе энергий, астральных тел и других эссенций между сущностями и пространствами. Некоторые примеры процессов казались Наверну среди ночи настолько пугающими, что он пропускал подробности в описаниях.

Волшебники не склонны по долгу задумываться над философскими вопросами. Некоторые люди замечают не без издёвки, что волшебники вообще не склонны задумываться над чем-либо, кроме как сколько порций соуса добавить с бефстроганову, однако это как раз совершенно не соответствует истине. Думать волшебники умеют хорошо и быстро. Там где большинство людей только начнут зажигать первые свечи на своей идее аки Страшдественской ёлке, многие волшебники в своих измышлениях уже перейдут к главе "Последствия: быстрый мощный пожар", разочаруются и вернутся к бефстроганову. А если не разочаруются, у волшебников есть все возможности проверить, как работают всевозможные переносы эссенций и квинтэссенций на практике. В этом случае разочарование обычно приходит запоздало, давая возможность дольше полетать на крыльях воодушевления, но несравнимо более болезненно.

Однако, при всём при этом, по мере чтения Наверна заинтересовала глава, рассказывающая о том, как между одариваемым и одаривающим возникает некоторая связь, действующая сквозь время и измерения и не прерывающаяся даже вместе с кончиной участников, пока не совершится круговой обмен подарками. Мол, безвозмездность - это всё выдумки Энтропии, маскирующей свои нехорошие деяния под поступки Классической Добродетели. А Мир стремится к порядку и гонит Энтропию прочь, заставляю одариваемого рано или поздно самого стать дарителем.

Концепция вызвала у Чудакулли сомнения. (Собственно, он на этом месте ещё раз проверил обложку - а точно ли он читает не детектив и не собрание сказок) Рано или поздно, конечно, всё что угодно может случиться. Да и если мир стремится к порядку, это должен порядок того характера, что творится в кабинетах большей части преподавательсткого состава (то есть, полный бардак). К тому же Наверн был во многом консерватором и считал Классические Добродетели Кариатидами, поддерживающими, чтоб не снесло, крышу цивилизации.

Однако каждый волшебник умеет пропускать сквозь себя потоки мироустройства, не давая собственному скептицизму встать у них на пути. (Волшебник, который этого не умеет, либо сломает мироустройство, если достаточно силён, либо, что вероятнее, мироустройство сломает его.) В данном случае не важно, что кажется правдоподобным самому Наверну, главное, верит ли в эту мысль общество в целом, и настолько, чтобы начала создаваться новая реальность?

Наверн был резв, бодр, умён, практичен и, вероятно, удачлив. Это значило, что он до сих пор не отбил у себя некоторой тяги к экспериментаторству.
Тем более, у него появилась занятная идея. А что если в роли первого одариваемого предстанет Смерть? Он тоже станет обязанным что-нибудь впоследствии подарить дарителю? Что-нибудь радующее?.. Но что может порадовать того, кто в момент вашей встречи переходит в мир иной?

До мыслей о бессмертии Наверн не дошёл, но всё же сделал несколько приятно согревающих шагов в их направлении. Нет, определённо надо хотя бы попытаться проверить. В любом случае, хуже не будет.

И поскольку сна у него не было уже ни в одном глазу, Чудакулли немедленно приступил к воплощению первого этапа эксперимента и отправился собирать подарки для Смерти.


Через сутки потенциальных подарков набрался мешок размером с небольшого Страшдественского вепря. Что можно подарить Смерти? Книга, как известно, лучший подарок. И солидно, и благородно. Так что в мешке лежал пяток томов, пожертвованных посвящённым в дело Библиотекарем, - видимо, тот решил, что чем дальше эти издания будут от глаз и рук людей, тем безопаснее для общества. К книгам Библиотекарь добавил связку бананов. Казначей предложил коробочку таблеток из сушёных лягушек, перевязанную ленточкой, когда Чудакулли попросил его побыть тайным одаривателем неизвестной личности. Наверн принял её, уверенный, что плохо Смерти всё равно не станет, а приятно - вполне может быть. У Пондера аркканцлер бессовестно выкрал со стола непонятную штуковину и был абсолютно уверен, что совершает благо. Стиббонс возился с ней уже две недели, штуковина не влезала туда, для чего проектировалась, а Пондер не хотел сдаваться и только становился всё мрачнее, проводя за работой над модификацией бессонные ночи. Вот и вчерашней ночью заснул за рабочим столом, не спрятав Штуковину в сейф. Пусть хоть сегодня спокойно погуляет на праздничном банкете, пожалел беднягу Наверн.

У Декана Чудакулли позаимствовал две пары тёплых носков (всё равно тому на праздники надарят новых). Студентов аркканцлер огорошил внезапным экзаменом, дав задание создать образ котёнка. Самые безмозглые попытались котят наколдовать. Самые разумные нарисовали на экзаменнационных листах. Чудакулли решил держать последних на заметке - этих можно будет и в аспирантуру пригласить. Лучшие "экзаменационные работы" он тоже запихнул в мешок (к счастью, ни один из полученных результатов не мяукал и вообще никоим образом не оказался причастен к миру живой природы).

От себя же Наверн решил добавить охотничью шляпу. Не новую, конечно, - Аркканцлер придерживался трезвой мысли, что дарить что-то очень нужное себе нельзя, поскольку это вызовет чувство невозвышенного соажления об утере, а такая эмоция способна перерубить любые взаимосвязи, возникшие в шатком состоянии конструирующегося нового варианта реальности. Впрочем, шляпа была хороша. Лицо Наверна она слегка полнила, поэтому он перестал её носить. Но Смерти это не грозит.

Чудакулли подумал и воткнул в шляпу ещё одно перо прежде чем положить её в общий мешок.


Завтра нужно будет выяснить, кто из студентов проводит АшкЭнте, планировал он дальше, направляясь на Страшдественский банкет. Обычно в Универститете без упомянутой процедуры ни дня не обходится. Что только студенты не пытаются выведать у Смерти: от содержания экзаменационных билетов (здесь Университет мог гордиться - даже Смерть не знал ответа на этот вопрос, поскольку билетов не существовало и в помине) до того, из чего состоит начинка купленных на рынке пирожков (Чудакулли с трудом представлял, какой смелостью нужно обладать, чтобы задать подобный вопрос). А завтра наверняка стоит ожидать всплеска вопросов о внезапной любви аркканцлера к представителям семейства кошачьих. Ну, ухмыльнулся про себя Наверн, надеюсь, Смерть не против поговорить о кошках...

(с) Alv
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:42 pm     Заголовок сообщения:

“Дарагой гасподин Стиббонс...”

Веренс, король Ланкрский, отложил перо и потер лоб.
Ох уж эти королевские обязанности, ох уж эта корреспонденция...
Если бы ещё помнить, кто этот самый господин Стиббонс.
Правитель Ланкра с отчаянием макнул и без того щедро оделенное чернилами перо в чернильницу и ожидаемо посадил кляксу.

* * *
Кто из них первый не выдержал требований “этикеток” и потребовал, чтобы обед сервировали в одном конце стола, Веренс не помнил. Определенно, это была здравая мысль. Теперь, во всяком случае, можно было разговаривать, не рискуя сорвать себе связки.*
- Ты уже приступил к Страшдественским поздравлениям? - рассеянно спросила Маграт, расправляясь с каким-то салатом. До конца срока ей оставалось несколько месяцев, как уверяла Нянюшка, а уж Нянюшке Огг в этих делах можно было доверять. И чем дальше, тем более сосредоточенной на чем-то, не до конца ясном мужу, становилась Маграт.
-Хм? - встрепенулся Веренс.
- Поздравления. К Страшдеству.
Король едва удержался от того, чтобы стукнуть себя по лбу. Про это он совсем забыл.
- Сегодня же приступлю.
Маграт кивнула.
- В Орлею можешь не писать, я сама. Не забудь про Анк-Морпорк.
- Конечно, Маграт.
- И я не только о патриции.
- Да-да.
- Обязательно напиши в Незримый Университет. И тому молодому волшебнику тоже, Пондеру Стиббонсу.
Веренс застыл, долго-долго вспоминая, кто это.
- А... это такой... Волшебник... я помню-помню.

* * *
“Дарагой гасподин Стиббонс!
Мы, кароль Ланкрский Веренс Втарой, ат всей души паздравляем тибя с Страшдеством.
Желаим...”


Чего пожелать волшебнику?
Веренс откинулся на спинку стула и задумался.
А чего пожелать волшебнику, которого ты не знаешь и едва помнишь?
В прошлом году Маграт сама писала этому Стиббонсу. Вместе с тремя другими волшебниками (из которых двое даже были людьми в полном генетическом смысле слова) Стиббонс приехал на свадьбу к Веренсу. Но так уж сложилось, что король не слишком хорошо помнил день бракосочетания.
(А может наоборот, помнил слишком хорошо, но не всегда любил вспоминать).
А в этом году совершенно справедливо Маграт следовало освободить от лишних забот. Так как забот нелишних хватало, и к концу зимы обещались ещё прибавиться. Что и поделать, хлопотное это дело - продолжение династии.

* * *
- Госпожа Огг, а ты помнишь такого Пондера Стиббонса?
Нянюшка прищурилась, глядя на Веренса.
- Волшебник, как же. На твоей свадьбе был. Молодой-зеленый.
- Угу. Госпожа Огг, а чего можно пожелать волшебнику на Старшдество?
Нянюшка хохотнула.
- Волшебнику? Этому надо хорошего желать, как никак он Маграт нашу от этих... выручил пару раз. Она рассказывала.
И Нянюшка затянула “На посохе нехилый набалдашник...”
Веренс слушал очень терпеливо, почти сладив с порывом заткнуть уши. Опыт общения с Нянюшкой и семейная жизнь сделали свое дело - вместо двадцати семи оттенков красного, как в былые времена, на щеках короля плясали жалкие восемнадцать.


* * *
“Желаим тибе всячиских хароших дел и удачи”

* * *
- Удачи. Хм.
Король Ланкра затаился и притих. Пожалуй, мысль принести с трудом дающееся письмо на прочтение Матушке Ветровоск была не самой хорошей.
- Вроде паренек этот никому из Ланкра плохого не сделал. Что ты ему так откровенно подложить свинью хочешь.
Веренс сглотнул и быстро вымарала пожелание.
- Ну и как поздравить?
Эсмеральда Ветровоск нахмурилась.
- Я тебе так скажу, твоё Величество, проку от слов мало. Это только слова.
Веренс сник.
- Ты ему лучше бы что-нибудь полезное прислал. Например, носки.
Матушка почесала нос.
- Теплые носки всегда пригодятся.

* * *
“Желаим тибе....
Хотим пожелать....
Всиго наилучшиго...


Дарагой гасподин Стиббонс, мы надеимся, что у тебя остались самыи лучшии васпаминания о Ланкре, откуда шлем тибе привет под Страшдество...”

Веренс застонал, воображая степень приятности воспоминаний, но мужественно решил не останавливаться больше и строчил дальше.

“... У нас всё па-прежниму, а хотя нет, мы стараимся шагать в ногу со времинем. Например, в этом году мы вырастили первый урожай атменного гороха...”

Следующие четыре страницы дались легко. Веренс даже забыл, что пишет волшебнику в далеком Анк-Морпорке, с которым едва знаком. Спохватившись, что схема бридинга свиней (король не оставлял надежды вывести особую породу свиней), конечно, может быть отнесена к Страшдественской теме, но лишь с натяжкой, Веренс поставил точку и начал новый абзац.

“Матушка Витравоск просила пиридать тибе теплые носки. А Нэнни Огг говорила что-то про посох, но валшебные посохи - это личнае дело валшебников. Паэтому в итоге мы шлем тибе бутылку укипаловки из личных запасов госпажи Огг. Ах да, ище она гаварила, валшебники уважают кулинарию. Надеюсь, книжка рицептов госпажи Огг пригадится вашей кухарке (наша оказалась нимножка слабанервнай правинциальной для таких блюдов).
Её Виличество каралева Маграт шлет привет.

Кароль Веренс Втарой Ланкрский”


Веренс вытер лоб. Уфф. Ну хоть одним письмом меньше.
Он уже почти запечатал письмо, когда вспомнил, что забыл дописать примечание.

“p.s. Ни в коим случаи не пиридаваю привет гасподину Аркхканцлеру от матушки Витравоск, она на этом асобо настаивала”

Веренс целых пять минут пребывал в хорошем настроении, пока не вспомнил про ещё половину списка адресатов. Кто там следующий?
- Что же, по крайней мере, понятно, о чем писать.

И король принялся за новое поздравление
“Дарагой гасподин Библиотекарь!
Ууук...”


(с) aginale

*Как бы то ни было, это оказался не последний грех против строгих норм, совершенный королевской четой. Из того, о чем Шон Огг сокрушался больше всего, был запрет предварять появление Веренса и Маграт фанфарами. Оба долго с этим мирились, потом столь же долго и терпеливо пытались убедить Шона добровольно бросить затею. Однако одержать победу удалось только в связи с интересным положением её Величества (и то, Веренс был вынужден признать - послушался Шон Огг короля только после того, как в замок очередной раз наведалась Нянюшка).
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:43 pm     Заголовок сообщения:

- А что такое Снежная Баба? – спросила Эсме.

- Гм! – ответила Эсмеральда Ветровоск.

Она считала своим долгом (посему не ставился вопрос о том, кому это нравится) иногда навещать королевское чадо.

Южная башня дворца снаружи выглядела как полагается: суровой, величественной и готовой рухнуть в любой момент. Зато внутри была полностью перестроена по воле родителей, которые пребывали в уверенности, что мрачные своды и сквозняки вредны для ребенка – даже для наследницы престола. Каменный пол и стены обшили деревом, пыльные гобелены сменились обоями персикового цвета, уголок возле камина окружили ширмами с изображением агатейских вишен и птиц. Никто, кроме Бабушки Ветровоск, не обладал искусством сидеть на мягком диване в той же позе, что и на дубовой табуретке.

Принцесса Ланкра Эсме Послогам была как раз в том отвратительном возрасте, когда ребенок постоянно задает вопросы. И ладно бы это были невинные вопросы, вроде «а дети заводятся от поцелуев?» или «почему кровь красная, а сопли зеленые?» Но увы. Хотя среди местных ведьм Нянюшка Огг была непревзойденной чемпионкой насчет продолжения рода, в одном отношении Маграт ее обскакала. Многочисленные дочери Нянюшки не проявляли особого интереса к ведьмовству. Зато единственная дочь Маграт и Веренса проявляла, причем особый. А не стоит забывать, что пятилетним детям свойственна еще одна мерзкая черта: когда им интересно что-нибудь, они хотят в это играть. Разумеется, если объяснить, что «с такими вещами не играют», это ребенка остановит. Как открытая огородная калитка козу.

- Кто тебе говорил про Снежную Бабу? – поинтересовалась Бабушка.

- Папа.

- И что же он говорил?

- Что раньше это было страшно, а теперь весело. Так написано в Клопедии.

Ну кто бы сомневался. Когда речь идет о серьезных, реальных вещах, Веренс лезет за информацией в книжки.

- И что тут страшного, папа тебе не рассказал. Поэтому ты решила спросить у меня.

Принцесса Эсме энергично кивнула.

- Хорошо, слушай. В снегу можно замерзнуть насмерть. И раньше бывало так, что зимой кто-нибудь замерзал обязательно. А люди верили, что если они сами выберут, кому замерзнуть, остальные будут чувствовать себя в безопасности. Более-менее. Они верили, что зима не тронет их, получив свою жертву. Поэтому они выбирали того, кто считался не самым полезным в хозяйстве. Например, маленькую девочку или старуху. Если человека напоить сонными травами, он даже ничего не почувствует. – Эсмеральда Ветровоск посмотрела в широко раскрытые глаза принцессы и решила уточнить: - Я ответила на твой вопрос?

* * *
- Веренс, я не уверена в том, что это хорошая идея, - сказала Маграт. – Я тебе говорила?

- Да, дорогая. Семнадцать раз.

- Не хотела бы повторяться. Поэтому скажу: я уверена, что это не очень хорошая идея. Особенно после того, как Мистрис Ветровоск наговорила Эсме таких ужасов. Я понимаю, что ты обещал нашей дочери, но это было до того!

- Думаешь, будет лучше на всю зиму запереть ребенка в четырех стенах?

Маграт встряхнула платок, поднесла его к носу и высморкалась. Как правило, ведьмы не простужаются и не болеют насморком; в случае Маграт резкий взмах платка и следующий за этим громкий, выразительный звук служили специальным сигналом. Иногда женщины бьют посуду и топают ногами, а иногда они королевы.

- Дети, которые растут в тепличных условиях и лишаются свежего воздуха, становятся болезненными. Плохой аппетит, плохой сон, плохие нервы, - торопливо проговорил король. – Ты же знаешь Эсме. Раз уж она хочет лепить снежную бабу, то самое разумное – лепить ее вместе. Тогда я смогу проследить за тем, чтобы это было не опасно. Я имею в виду, как можно меньше снега в рукавах, сапогах и за шиворотом. Если бы рассказы о старинных предрассудках ее напугали, она бы просто передумала, ты так не считаешь?

Пристальный взгляд поверх носового платка сказал Веренсу, что жена считает до десяти, причем в обратном порядке. Королевы или нет, и даже необязательно – ведьмы или нет, женщины бывают подвержены такой слабости. Отсчет заканчивается как «два, один, у кого-то проблемы». И единственное средство в такой ситуации – вести себя, как мужчина.

- Я обо всем позабочусь, - быстро сказал Веренс. – Все будет в порядке.

Он машинально сунул руку в карман и ощупал продолговатый сверток, плотно увязанный в тряпку. Тряпка была накручена в несколько слоев, поэтому Веренсу никак не удавалось понять, что там внутри. «Развернешь, если будет нужно», - сказала Бабушка Ветровоск. – «Надеюсь, что не понадобится. Это на крайний случай». Веренс помнил, как ему стало не по себе от улыбки на тонких губах Бабушки, когда та пояснила: «Можешь считать, что это мой страшдественский подарок Твоему Величеству». Учитывая все обстоятельства, Веренс решил в разговоре с Маграт обойти молчанием некоторые мелкие детали.

* * *
День выдался из тех, когда солнечный свет изливается на землю потоком ослепительного холода, и вы чувствуете, как в носу вырастает ледяной мох.

На заднем дворе замка давно уже была оборудована детская площадка с небольшим катком, снежным замком и горкой для санок. Пока за играми принцессы на свежем воздухе присматривала королева, они сопровождалось непрерывным речитативом: «Эсме, подожди! Эсме, я кому сказала!! Эсме, ты где!!!» Если вы окликаете ребенка три раза в минуту, через какое-то время он автоматически перестает на вас реагировать. И это вовсе не идет на пользу материнскому авторитету. Поэтому на семейном государственном совете было решено, что гулять с принцессой будет отец. Когда Веренс ползал на четвереньках по снежному туннелю, шлепался на катке и сваливался с горки, отцовский авторитет ни капли не страдал. Бывает на свете фундаментальная, неискоренимая несправедливость. Маграт решительно высморкалась и еще раз тревожно посмотрела в окно. Как она и опасалась, ее муж подошел к делу очень старательно и творчески. Конечно, в основе бабы лежала классическая конструкция из нескольких шаров, но Веренс и Эсме продолжали облепливать их снегом, иногда сбрызгивая водой из ведерка, в котором приходилось для этого пробивать свежую корочку льда. Результат уже напоминал человеческую фигуру, насколько может быть человекообразной фигура в длинной шубе.

Они провозились во дворе так долго, что Маграт решила принять меры. Вместо тазика с горячей водой для ног сегодня понадобится ванна. Точнее, две ванны: маленькая и большая. Маленькая на одного человека и большая – на двоих. Прекрасно действует и тогда, когда вы все утро торчали на холоде, и тогда, когда вы ужасно перенервничали. Даже пусть вам уже видно, что все действительно в порядке и беспокоиться стоило лишь о мокрых носках.

Веренс посмотрел в сторону окна и помахал рукой. Маграт махнула в ответ и позвонила служанке, чтобы отдать распоряжения.

Естественно, лицом занимаются напоследок. Веренс и Эсме были единодушны в том, что их шедевру нужно достойное завершение. Никаких угольков для глаз! Глаза приготовили заранее с помощью формочек для желе. Туда залили воду, добавив по капле чернил, чтобы придать голубой цвет. В обрамлении хвойных ресниц ледяные глаза выглядели просто потрясающе.

Фигура получилась высокой. Чтобы принцесса могла поработать над ее лицом, Веренс держал дочку на руках. А пока она этим занималась, предался опасной для самодержца привычке задумываться о помыслах и чаяниях народа. Обычай лепить снеговиков мог бы просто изгладиться из памяти, но вместо этого превратился в детскую игру: таковы факты. Но почему? Что произошло в сознании людей? Переохлаждение по-прежнему опасно для организма, и зимы в Ланкре все так же суровы. Это не забава. Впрочем, смерть от холода теперь считается несчастным случаем, а не трагической неизбежностью. К тому же, люди больше не вынуждены заниматься жестокой арифметикой, избавляясь от лишних ртов, чтобы остальные могли дожить до весны. А если дороги перекрываются из-за снегопада, всегда есть воздушный транспорт в виде метел. Может быть, все дело в уровне благосостояния?

Эсме нарисовала на снежном лице улыбку от уха до уха. Правда, уши отсутствовали: снег был слишком сыпучим, даже сбрызгивание не помогло.

А что насчет бобового… хм… короля? Если знаешь о происхождении обычая, как он может быть поводом для веселья? Разве это нормально?

Поверх энергично двигающегося локтя Эсме в рукаве меховой шубки Веренс уловил краем глаза какое-то постороннее движение. Показалось, конечно. Игра света.

- Ты закончила? Давай отойдем на пару шагов, посмотрим.

- Пап, я еще не всё!..

Не слушая протестов принцессы, Веренс отступил. Улыбка снежной бабы вышла немного слишком широкой. И ледяной глаз не мог моргнуть. Просто снег осыпается. Но руки, сделанные из веточек? Они были расставлены в стороны.

Они не тянулись вперед.

- Па-ап!..

Рот не должен выглядеть, как черный провал с ледяными зубами.

Веренс прижал дочку к себе, удерживая на одной руке. Другую руку сунул в карман и выхватил сверток.

Да что ж такое… Как его развязать одной-то рукой, тем более, что на ней рукавица…

Черные пальцы-веточки шевельнулись? Веренс дернул тряпичный узел зубами, твердо решив его разгрызть, если не развяжется.

Узел развязался. Сверток развернулся. Король сделал отчаянный выпад вперед и вонзил в лицо снежной бабы, точно посередине, морковку.

На пару мгновений детская площадка погрузилась в морозную, сверкающую снежную тишину. Потом принцесса Эсме засмеялась и хлопнула в ладоши – правда, через варежки получился чисто символический звук.

- Па, здорово! Клево! Ништяк!

Веренс был согласен: теперь снеговик выглядел нормально. Как полагается. Действительно, ништяк.

- Эсмеральда, - сказал он, убедившись, что не першит в горле, - как мы говорим то же самое при маме?

- Хорошо. Приколь… Красиво.

- Совершенно верно.

Посовещавшись, они увенчали фигуру головным убором, вылив из ведерка воду. А потом стали дружно махать королеве, которая грозила им из окна кулаком, и честно поспешили во дворец.

Даже неплохую историю можно испортить, прицепив к ней в конце мораль. Но Веренс об этом совершенно забыл, наслаждаясь горячей ванной в обществе жены, после кружки пунша и… Ну, неважно, это же более-менее детская история. Он расслабленно думал о том, что когда нам страшно, мы готовы откупиться, принося кого-нибудь в жертву. Но если мы побеждаем – обстоятельства, себя и свой страх, мы смеемся.

(с) Staff
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:44 pm     Заголовок сообщения:

- Турист?..

Агнесса с интересом наблюдала за невысоким мужчиной в больших круглых очках и меховой панамке. Мужчина управлялся с иконографом, щёлкая всё, что видел перед собой - Овцепики, Овцепики, о, заснеженный кочан капусты, Овцепики...

- Да, - довольно кивнул Двацветок. - Иногда я беру отпуск и путешествую.

- Зачем? - не поняла Агнесса.

- Чтобы увидеть то, что я ещё не видел, - не слишком уверенно пояснил турист и что-то переменил в своём иконографе.
Не то чтобы Агнесса имела что-то против туристов - скорее, совершенно не понимала этого парня. И ради чего стоило ехать в Ланкр в середине зимы? Чего здесь можно увидеть? К тому же, у беса наверняка уже закончилась белая краска.

- Закончилась, - словно услышав мысли девушки, разочарованно подтвердил Двацветок, заглянув в окошечко иконографа.

- Оно и неудивительно, - кивнула Агнесса. - Вы ведь снимали только снег.

- Но в моей стране такого снега не увидишь.

Турист казался расстроенным и крутил иконограф, как ребёнок крутит игрушку, в которой посреди игры сели батарейки. Агнесса поджала губы. Нет, ей не жалко его. Нет, она ведь не обязана с ним возиться! В конце концов, она просто шла мимо!..
Двацветок поднял на неё тяжёлый взгляд.

"Но ведь скоро Страшдество..." - смилостивилась Агнесса.

- Знаете, я покажу вам то, чего вы ещё никогда не видели. И вашему бесу точно не понадобиться белая краска!..

***
- Мавзолей? - ненавязчиво поинтересовался Двацветок.

- Да нет же, это матушка!

Двацветок понятливо кивнул и сквозь оконное стекло щёлкнул на иконограф лежавшую на кровати матушку Ветровоск. Матушка Ветровоск с закрытыми глазами лежала идеально ровно и держала в руках табличку "Я НИУМЕРЛА". Двацветок разместил перед окошечком беса лупу и сделал отдельную иконографию таблички.

Громко каркнув, от крыши хижины оттолкнулся огромный ворон. На Агнессу и Двадцветка рухнул сугроб.

***
Нянюшка быстро отвернулась и зашуршала многочисленными юбками. Когда она повернулась снова, губы её обрели здоровый оттенок набравших цвет флоксов.

- Кто этот юноша? - кокетливо поинтересовалась Гитта Огг, протягивая Двацветку руку.

- Это турист, Нянюшка, - коротко пояснила Агнесса.

- Это который подглядывает?

- Нет, Нянюшка!

Агнесса по праву считала укипаловку нянюшки Ягг одной из главных достопримечательностей Ланкра. Именно поэтому она привела Двацветка в дом Гитты Огг - матриарха семьи и главного специалиста по укипаловке. Нянюшка Ягг была вовсе не против гостя, хотя поинтересовалась, принёс ли он чего-нибудь к чаю.

- Нянюшка, господин Двацветок - гость Ланкра. Он путешествует по Диску и смотрит на то, чего ещё не видел.

- Значит, всё-таки подглядывает.

- Нет, Нянюшка.

Но няня Ягг уже доверительно сообщала растерянному, но улыбающемуся туристу, что она совсем не против, чтобы за ней подглядывали. Двацветок рассеянно щёлкнул Нянюшку на иконограф.

- Прости нас, Нянюшка! - Агнесса схватила Двацветка за руку и поволокла прочь. План доказательства того, что в Ланкре есть нечто большее, чем обыкновенные сугробы, неумолимо катился в пропасть. Операция "Чистое золото" была провалена.

***
- Это король Веренс Второй! - с восхищённым придыханием, как и положено это делать во дворце всякому приличному придворному, представила Агнесса закопавшуюся в документах макушку.
Двацветок послушно щёлкнул макушку короля. Король в пафосном приветствии махнул рукой. Двацветок щёлкнул руку.

Агнесса переглянулась с виновато пожавшей плечами Маграт и только тяжело вздохнула.

***
Первый турист Плоского мира шагал рядом с Агнессой в голубых сумерках, снимая синий снег у себя под ногами, высившиеся по обе стороны от дороги высокие деревья и пролетающие перед самым его носом пушистые хлопья снега.

- Простите меня, господин Двацветок, - вздохнула Агнесса. - Я думала, что в Ланкре есть что-то более примечательное, нежели пара кочанов капусты.

- Но мне понравилось, - оторвался от иконографирования заснеженной клумбы Двацветок.

- Понравилось? - недоверчиво переспросила Агнесса. Понравилось? Это здесь-то?

- Достопримечательности Ланкра вовсе не в местах. - Краем глаза Двацветок заметил присевшего на изгородь заинтересованного ворона. И по привычке щёлкнул иконографом. - А в людях.
Ворон удовлетворённо каркнул.

- Вы душа этого места. Заботливые и гостеприимные, всегда занятые и увлечённые, знающие свою землю и слушающие природу, кокетливые и... - щёки Двацветка зарумянились. Впрочем, в спускающихся сумерках Агнесса совершенно не обратила на это внимания. - В общем, я никогда не видел таких женщин. Только вы делаете Ланкр по-своему ярким. Вы делаете его Ланкром.

Ворон с глубоким удовлетворённым "Кар!" вспорхнул с изгороди, потеряв несколько перьев. Агнесса проводила птицу удивлённым взглядом...

- Е... Есть! Есть то, что вы никогда не видели, господин Двацветок!

Агнесса схватила туриста за рукав и, проваливаясь в глубокий снег, повела его в гору. Двацветок пыхтел позади, пока ведьма не затормозила у самого края росших на склоне деревьев.

- Вы никогда не видели такого, господин турист, - тяжело дыша, заверила Двацветка Агнесса и взяла его за руку.

Ведьма и турист сделали шаг в другую реальность. В реальность, где над горами Ланкра холодной палитрой художник перевернул коробку с пастелью, размазав по небу разноцветную крошку.
Spoiler:


Резко вдохнув морозный воздух, завороженный Двацветок вытянул перед собой иконограф. Щёлк-щёлк, щёлк-щёлк...

Безмятежно улыбнувшись, Агнесса прислонилась к дереву, бедром уткнувшись во что-то твёрдое.
- Укипаловка? - удивилась Агнесса, когда запустила руку в карман и обнаружила там сосуд с золотистым напитком. - Ах да. Ведь Страшдество уже настало...

Щёлк-щёлк, щёлк-щёлк.

- Это потрясающе! - восторгался первый турист Диска. - И белой краски не нужно!..

- Счастливого Страшдества.

(с) Брауни
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:45 pm     Заголовок сообщения:

Пондер Стиббонс в очередной раз перечитал приглашение на Страждественский бал-маскарад, будто содержание письма могло поменяться за последние пять минут. На удивление, буквы вещали всё о том же: в этом году устроители подложили гостям свинью… то есть приготовили сюрприз – к приглашению прилагалось имя счастливчика, которого гостю полагалось одарить.

Пондер опустил взгляд на аккуратно выведенное внизу имя «Детрит».

Первой мыслью было выкинуть приглашение в мусорное ведро. Стопка отчётов горячо поддерживала эту идею.

Вторая мысль искусительно намекнула, что на балу точно будет Джульетта.

А третья совершила невозможное – затмила Джульетту, хоть и временно: «Что, ради всех богов, можно подарить троллю?!»

***

Тщательное исследование данного вопроса не принесло результатов, хотя Пондер и узнал кое-что для себя новое (например, славную древнюю традицию дарить троллихам ожерелья из бород гномов)… И теперь он брёл по коридорам Незримого Университета, погруженный в тяжелые раздумья.

– Что можно подарить троллю?

Ему ответил ехидный голос:

– О, я слышал, лучший подарок – это книга.

Пондер поднял глаза и успел заметить мерзкую ухмылку прошествовавшего мимо заведующего отделом посмертных связей. Хмыкнув, Пондер пошёл дальше.

***

– Уук?

Пондер оторвал взгляд от картинки, изображающей укутанную во много слоёв одежды троллиху, моргнул и закрыл тонкую книжку.

– Кхм. Спасибо, но вряд ли это удачная идея, учитывая, что на балу наверняка будет и Рубина.

– Уук?

Пондер вздохнул.

– Боюсь, банановый пирог – тоже не вариант.

***

Гленда старательно месила тесто, когда сзади её огорошили вопросом:

– Что можно подарить троллю?

Оглянувшись через плечо, она обнаружила Пондера Стиббонса, который с несчастным видом смотрел куда-то в пространство. Похоже, он даже не понимал, где находится – наверное, забрёл на Ночную кухню, следуя за умопомрачительными ароматами, которые царили здесь в эти предпраздничные дни.

– Матушка всегда говорила, – начала она, – что лучший подарок – это подарок, сделанный своими руками. – То, что матушка любила повторять эту расхожую фразу не столько из любви к рукоделию, сколько из экономии, Гленда добавлять не стала.

Пондер очнулся от раздумий, машинально кивнул Гленде и развернулся к выходу.

***

На этот раз блуждания в поисках идей привели его на улицу. Пондер вдохнул свеж… просто холодный воздух и вдруг поймал обрывок мысли, принадлежавшей явно не ему:

«…а может быть, вы написали ему пожелание на ёлочных игрушках и развешали игрушки на нескольких…»

Мимо проскрипела тележка Достабля, а Пондер хлопнул себя по лбу. Ну, конечно! Ёлочная игрушка. Ведь он искал подарок не на день Рождения, а на Страшдество. Это облегчало дело. Любое украшение… Шарик. Правильно, ёлочный шарик. Отправиться на страшдественский бал со страшдественским шариком – это будет даже символично*.

***

Стиббонс огляделся и тихо открыл дверь в обиталище Шкафа Любопытных Вещиц.

– Итак, Гекс, нам нужен ёлочный шарик… С изображением чего-то родного для тролля… Вызывающего ностальгию по старым добрым, то есть новым добрым временам.

Шкаф загудел и начал свой обычный танец выдвигающихся ящиков. Когда всё закончилось, Пондер рассматривал идеальный страшдественский шарик. На круглой гладкой поверхности открывался красивый зимний пейзаж – как живые, возвышались в дали Овцепикские горы, замерла в своём замороженном движении река, через которую перешагивал каменный мост, а с другой стороны подступал тёмный лес.

Стиббонс повертел шарик, любуясь картинкой. К сожалению, именно этот шарик подарить было нельзя…

***

В день маскарада Пондер пребывал не в самом лучшем расположении духа. Всю ночь он корпел над стеклянным шариком, следуя совету Гленды, а когда в свете дня осмотрел своё творение, то со всей очевидностью осознал, что оно и близко не похоже на чудо, рождённое Шкафом. Нет, на шарике присутствовали и горы, и лес … маленький лес… очень маленький… две ёлки, и то, в чём внимательный зритель мог идентифицировать мост. Но всё это было не то, совсем не то… Шкаф сыграл свою жестокую шутку – дал Идеал, Мечту, которую невозможно повторить… Невыспавшийся Пондер был склонен к мрачному пафосу.

Проталкиваясь мимо гостей в масках, он отыскал своего адресата.

– Господин Детрит?

– Вы меня узнали! – восхитился Детрит, ткнув в свою маску.

Пондер не нашёлся, что ответить, и быстро впихнул в руки тролля валенок, скороговоркой выпалив:

– Счастливогострашдестваэтовам.

Растерянный Детрит предсказуемо не удержал валенок, тот выскользнул из его лапищ и плюхнулся на пол. Раздался звон разбитого стекла. А затем звон тишины. Пондер и Детрит смотрели на валенок.

– Енто… — наконец выговорил Детрит. – А что енто было?

– Страшдественский шарик, — виноватым голосом ответил Пондер.

– Шарик? Енто такой маленький, красивый?

– Да…

– Его еще на ёлку вешают.

– Я хотел подарить его вам на Страшдество.

– Подарить? Мне? – Детрита можно было понять – Пондер тоже считал эту идею странной.

Они еще немного поглазели на валенок.

– А какого он был цвета? – неловко спросил Детрит.

– Бело… серо… сине… разного.

– Разного? – Детрит глубокомысленно кивнул. – Хороший цвет. А какого…

Тут Пондер почувствовал тёплую волну магии и в следующее мгновение похороны ёлочного шарика прервал бодрый голос аркканцлера Чудакулли:

– Я такой неловкий! Осторожнее, господа, не наступите на осколки. Убирает тут вообще кто-нибудь?

Опустив взгляд, Пондер увидел осколки от бокала шампанского, которых тут определённо не было еще две секунды назад. Чудакулли тем временем чудовищно заметно подмигнул Стиббонсу и ушагал прочь, насвистывая какой-то весёлый мотивчик. Он явно был доволен тем, как только что спас Стиббонса из неловкой ситуации. Тот скрипнул зубами.

– Так енто не шарик разбился! – радостно возвестил Детрит.

Делать было нечего. Пондер неохотно нагнулся, поднял с пола валенок и снова протянул Детриту. Тот с завидной для тролля аккуратностью вытянул за верёвочку стеклянный шарик.
Spoiler:


Стиббонс с угрюмым видом ждал вердикта. А Детрит издал нечто, напоминающее хлюпанье носом. Пондер подозрительно покосился на тролля – тот был растроган. Насколько можно было прочитать выражение каменного лица, конечно.

– Мы с батей тама гуляли. Когда я ещё булыжником был. Помню этот мост.

– Эм-м, да? – неуверенно спросил Пондер.

– Ага. Спасибо вам, господин Стиббонс. Енто настоящий праздник.

Пондер наконец выдохнул и даже позволил себе улыбку.

– Счастливого Страшдества, Детрит.

(с) pinguina

*Символично это только на морпоркском языке.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 12:47 pm     Заголовок сообщения:

Двенадцать дней до Страшдества

Есть даты, наступление которых можно предсказать заранее. Ну, например, Страшдество. Заранее известно, что каждый год в ночь с 31 на 32 декабря наступает Страшдество, хотите вы этого или нет. Хотя сейчас речь не о Страшдестве. Важно просто понять принцип – есть такие даты, о наступлении которых вы знаете заранее, но сделать с этим ничего не можете.

***

За двенадцать дней до Страшдества было солнечно, а на старом грушевом дереве в саду не было ни одного ворона – только несколько снегирей и куропатка. Она пришла к выводу, что это дурное предзнаменование.

***

За одиннадцать дней до Страшдества он уже знал, что должен сделать. Он ощущал, что это его долг. И вместе с этим он ощущал что-то ещё. Любопытство? Ожидание? Предвкушение? Некоторое время он просто наслаждался этим ощущением, пока не вернулся к своим обычным обязанностям.

***

За десять дней до Страшдества она поняла, что именно её беспокоит. Она обвела в календаре нужную дату и приступила к делам. Осталось десять дней, а сделать нужно было ещё очень многое.

***

За девять дней до Страшдества он прошёл по длинному тёмному коридору в библиотеку, где долго бродил между стеллажей, пока наконец не оказался перед полкой с нужной ему книгой. Он аккуратно провёл тонким пальцем по корешку, вынул книгу и некоторое время задумчиво держал её в руках, даже не пытаясь открыть. Открывать книгу не было никакой нужды, он и так отлично помнил все их встречи – их было на удивление много. Их пути постоянно пересекались. Конечно, это были не случайные встречи: и у него, и у неё были обязанности, и выполнение этих обязанностей периодически сталкивало их между собой. То, как добросовестно она относится к этим обязанностям, вызывало уважение. Он поставил книгу на полку и перешёл в совершенно другое место.

***

За восемь дней до Страшдества она решила осмотреть всю свою область попечения, на тот случай, если где-то возникла неожиданная проблема такого уровня, который требует вмешательства прямо сейчас. Достав из шкафа табличку, которой обычно при этом пользовалась, она задумалась, не пора ли достать и вторую, сделанную на всякий случай. Решив, что для этого ещё рано, она устроилась поудобнее и провела так несколько часов, чтобы убедиться, что не оставит той, кто придёт после неё, никаких неприятных сюрпризов.

***

За семь дней до Страшдества его попытались отговорить от того, что он собирался сделать. Он постарался объяснить, что считает своё намерение правильным. Что это его долг. Что он имеет на это полное право, ведь и сам является частью этого цикла. Что без него вечная жизнь и постоянное обновление не имеют смысла... Его не поняли. Но от своего решения он не отказался.

***

За шесть дней до Страшдества она расправила на столе лист бумаги и принялась писать. Несколько раз она сминала листок, брала новый и начинала с самого начала, пока не смогла создать вариант, который полностью её устроил. Она пару минут полюбовалась на творение своих рук, а затем отправила бумагу в камин, где закончили своё существование обрывки всех предыдущих вариантов. Это было лишнее. Она никому не должна, и ей никто не должен, а всё, чем она владеет, останется той, кто придёт после неё.

***

За пять дней до Страшдества он работал. Конечно, можно было сказать, что он работал всегда, потому что ни на минуту он не прекращал выполнять свои обязанности. Но в этот раз, даже полностью погрузившись в работу, он не переставал думать о том, что ему предстоит. Это тоже было для него новым ощущением – он ждал наступления Страшдества. Больше того – он ждал его с нетерпением.

***

За четыре дня до Страшдества был вторник, и они собрались на традиционное чаепитие. Она специально принесла особенный чай из Агатовой Империи, который хранился у неё в шкафу почти двадцать лет, и сама его заварила. Но когда она попробовала его, у чая был вкус полыни. Она знала, что две другие тоже почувствовали это, но промолчали. Она ни словом не обмолвилась им о том, чего ждёт, и они ни о чём её не спросили.

***

За три дня до Страшдества он выбирал. Это был один из самых ответственных моментов, поэтому он оставил его под конец. Поэтому, и ещё потому, что плохо представлял, как к этому подступиться. Он знал теорию, но это ничуть не помогало – теория предлагала варианты, но не подсказывала, как выбрать между ними.

***

За два дня до Страшдества она намекнула нескольким соседям с крепкими нервами, что им стоило бы зайти к ней сразу после наступления нового года. Также она договорилась, чтобы кто-нибудь с ближайшей пасеки пришёл и поставил ульи в зимник перед самыми сильными морозами. Остаток дня она провела за уборкой, выкинув всё, что хранилось "на всякий случай". Она смазала дверные петли и повесила новый ещегодник в нужнике. Теперь она могла быть спокойна, что ей не придётся краснеть за дом, когда он перестанет быть её домом.

***

За один день до Страшдества он репетировал. Такое событие требовало чего-то особенного, поэтому он составил речь, с которой обратится к ней. На то, чтобы выучить речь наизусть, он потратил целый день, потому что это показалось ему правильным.

***

За двенадцать часов до Страшдества она сходила в деревню и убедилась, что там всё в полном порядке. Решив пару мелких проблем, она вернулась домой, убеждённая, что в ближайшее время её присутствие здесь не понадобится.

***

За полчаса до Страшдества он уже был полностью готов и ждал назначенного времени. Секунды текли медленно, как песок в песочных часах.

***

За десять минут до Страшдества она приоткрыла входную дверь, чтобы кошка смогла выйти, когда той наскучит сидеть одной, и погасила камин. Скоро в доме станет холодно, но теперь это уже не важно. Она легла, положила на грудь табличку “Я УМИРЛА” и стала ждать.

***

За пять минут до Страшдества в доме ведьмы Эсмеральды Ветровоск взметнулся вихрь снежинок и в центре комнаты появилась высокая тёмная фигура. Снежинки были бумажные, а на лице появившегося были накладная борода и большой красный нос.
“Какой нелепый Смерть,” – подумала Эсме и резко села в кровати.

***

– И что я по твоему должна была подумать? – Ведьма в очередной раз смерила незваного, но ожидаемого гостя взглядом.

– ЭТО ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ СЮРПРИЗ. – Смерть понял, что оправдывается. Заготовленная речь не пригодилась, а под взглядом Эсмеральды Ветровоск даже он чувствовал себя неуютно.

– Сюрприз не получился! – Ведьма встала и с силой захлопнула входную дверь. – Ведьмы знают, когда к ним придёт Смерть. Это наша привилегия. С того самого момента, как ты это задумал, я знала.

– Я НЕ ПОДУМАЛ, ЧТО ТАК БУДЕТ. Я… Я НИКОГДА РАНЬШЕ НЕ ПРИХОДИЛ К ВЕДЬМЕ ПРОСТО ТАК.

– Спасибо что напомнил. Это ещё один вопрос, который я хотела задать. Если ты пришёл не за мной, то зачем ты вообще пришёл? – Ведьма не моргая посмотрела Смерти в глаза. Любой из обитателей Ланкра, если бы госпожа Ветровоск так на него посмотрела, уже собирал бы вещи, чтобы эмигрировать в Клатч.

– Я ХОТЕЛ ПОЗДРАВИТЬ ВАС. ПОЖЕЛАТЬ СЧАСТЛИВОГО СТРАШДЕСТВА. – Любой из смертных обитателей Ланкра не смог бы заглянуть в глаза Смерти без того, чтобы не оказаться один на один с бесконечностью вселенной.

– И с какой стати тебе вообще пришла в голову такая мысль? – Бесконечность вселенной и ведьминский прищур столкнулись.

– МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ НЕПРАВИЛЬНЫМ, ЧТО Я НИКОГДА НИКОГО НЕ ПОЗДРАВЛЯЛ НА СТРАШДЕСТВО. Я ДАРИЛ ПОДАРКИ, НО ЭТО БЫЛА РАБОТА. А СЕЙЧАС МНЕ ЗАХОТЕЛОСЬ САМОМУ ПОУЧАСТВОВАТЬ В ПРАЗДНИКЕ. – Смерть вспомнил, как уже пытался несколько дней назад объяснить это Альберту. – ЭТО И МОЙ ПРАЗДНИК ТОЖЕ. СТРАШДЕСТВО, КАК СИМВОЛ ВЕЧНО ОБНОВЛЯЮЩЕЙСЯ ЖИЗНИ…

– ...нельзя воспринимать в отрыве от смерти. Жизнь и смерть – две неразрывные его части. Да, это и твой праздник тоже. – Ведьма слегка успокоилась и отвела взгляд. Бесконечность вселенной с благодарностью отступила. – Понятно. А почему именно я?

– Я ВАС УВАЖАЮ. И ХОТЕЛ ПОКАЗАТЬ ВАМ ЭТО. Я ПРИНЁС ПОДАРОК.

– Поставь под ёлку. – Ведьма встала на колени и попыталась растопить ещё не успевший полностью остыть камин.

Смерть обвёл комнату взглядом.

– ЗДЕСЬ НЕТ ЁЛКИ.

– Вот именно! Страшдество – семейный праздник. Весёлый праздник с вечеринками и подарками. Одинокие старухи, живущие в лесу, не празднуют Страшдество. Я его не праздную!

– НИКОГДА НЕ ПОЗДНО.

– Поздно. Страшдество уже прошло. – Ведьма взглянула на часы. Минутная стрелка замерла, не дойдя одного деления до полуночи. Часы не тикали, а маятник завис на взлёте и опускаться не собирался. – Ладно, убедил, не поздно… Хотя вот это точно было лишним.

– Я НЕ ХОТЕЛ, ЧТОБЫ МЫ ОПОЗДАЛИ. – Смерть почувствовал, что опять начинает оправдываться. Поздравить Эсме Ветровоск со Страшдеством оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал. Возможно, ему нужно было взять больше времени на подготовку. – СТРАШДЕСТВЕНСКИЙ БАЛ-МАСКАРАД В АНК-МОРПОРКЕ СЕГОДНЯ В ПОЛНОЧЬ. Я ВЗЯЛ ДВА БИЛЕТА.

– Глупая идея. – Отрезала Эсме. – Весьма глупая и… милая. Ладно, сказать по правде, это приятно, когда кто-то, кого ты знаешь так давно, поздравляет тебя со Страшдеством. Тем более, что других планов на эту ночь у меня нет. Больше нет.

– И ЕЩЁ… Я ХОТЕЛ ПОДАРИТЬ… – Смерть попытался вспомнить заготовленную речь, но под насмешливым взглядом ведьмы осознал, что не может вспомнить ни единого слова. – ПОДАРИТЬ ВОТ ЭТО. – Он поставил на стол огромную коробку, перевязанную ярко-красной лентой.

Эсме с подозрением взглянула на коробку. Если говорить откровенно, ей было любопытно, какой же подарок мог принести такой гость, но она бы ни за что не позволила себе показать это любопытство. Она попыталась догадаться, что же может находиться в коробке, но не смогла. Тогда она попыталась думать так, как стал бы думать ОН. Неожиданно, ответ стал очевиден.

– Да это же пустая картонная коробка! Именно тот подарок, которого мне не хватало на это Страшдество!

Череп Смерти стал выглядеть так, как будто он улыбнулся, и она поняла, что угадала правильно.

– Что же, вопрос с костюмами для маскарада, как я понимаю, не стоит? Смерть и ведьма – никому не угадать, кто же скрывается под этими масками. И раз до бала ещё целая минута, может быть, чаю? Хотела бы предложить к чаю имбирного печенья, но за всеми другими заботами было как-то не до того.

– Я ПРИНЁС ВИНА. – Смерть скромно поставил на стол тёмную пыльную бутылку.

– В током случае, я сделаю глинтвейн. И помоги уже разжечь мне этот камин!

***

“В первый день Страшдества мой знакомый подарил мне пустую картонную коробку, перевязанную лентой, и два билета на Анк-морпоркский Страшдественский Бал-маскарад,” – подумала Эсмеральда Ветровоск. Мысль была приятной. Ответный визит на следующий год она, правда, сделать не сможет – ведьма прислушалась к своим ощущениям и удовлетворённо кивнула – да, пока ещё не сможет – но к новому его визиту, если он решит посетить её в следующее Страшдество, нужно бы приготовиться заранее.

***

За триста девяносто девять дней до Страшдества Эсме делала имбирное печенье. Потому что к приходу Смерти готовиться никогда не рано, особенно, если это просто дружеский визит.

***

Есть даты, наступление которых можно предсказать заранее. Например, приход в гости вашего старого знакомого. И самое малое, что вы можете сделать – угостить его имбирным печеньем.

(с) DmU
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Dibbler



Зарегистрирован: 01.04.2009
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
СообщениеДобавлено: Thu Dec 25, 2014 6:11 pm     Заголовок сообщения:

Нет конечно Шнобби не хотел никому ничего дарить. По негласному договору подарком от Шнобби считается тот факт, что он не пытался украсть подарки всем остальным. Хотя некоторые склонялись к тому что это просто страждественское чудо, потому что сами по себе такие вещи не происходят.

Он бы обошёлся без радости дарения и в этом году, но в этом году случилась Лотерея. Нет, не между всеми стражниками. Только между теми, кто принимал участие в Деле об Украшателях.

На самом деле, эта история гораздо интереснее того, как Шнобби дарил подарок Достаблю. Он просто отправил ему дешёвую открытку. Не зная есть ли у Достабля дом Шнобби направил её прямо на адрес сосисочного лотка. А в последний момент он решил снабдить её Страждественской Празнишной Маркой Почтамта. Она не сильно отличалась от обычной, но почему-то считалось, что приятно получить с подарком именно её. Ну а значит за неё можно брать на десять пенсов больше. Я же говорю, ничего интересного.

Зато Дело об Украшателях это одно из Самых Странных Происшествий в Анк-Морпорке. По крайней мере так говорил Моркоу. В дома горожан проникли злоумышленники и злобно украсили все помещения до которых успели добраться. Пострадавшие были в ярости. Леди Силачия жаловалась, что её гостинную украсили совершенно безвкусно. А мистер Проссер с Ничегонеподобной улицы утверждал, что у него украли обед. Хотя скорее всего Украшатели просто решили, что это мусор. Ну собственно и всё. Вняв возмущению народных масс в лице отдельных их представителей, коммандор Ваймс поручил это дело своим лучшим людям. И разрешил сержанту с капралом взять "кого-нибудь из новобранцев, всё равно они только под ногами путаются".

Лучшие люди думали так:
Шнобби, ну что это за преступление такое, когда всё украсили? Вот другое дело когда вынесли*. Это, я тебе скажу не преступление даже. Это антипреступление! А значит и расследовать его надо наоборот. /Колон задумался. Как _не_надо_ расследовать преступления в новой страже объясняли очень подробно/

Если кратко, то Шнобби с Колоном взяли людей и арестовали: всех пострадавших**, всех оказавшихся поблизости, трёх клатчцев и одного агатейца что-то бормотавшего про лекарство для сундуков.

Нет их конечно всех быстро отпустили. Но в личном разговоре с коммандором патриций отметил, что из-за последних событий престиж стражи резко упал. В личной беседе с Моркоу (она была личной скорее не из-за секретности обсуждаемых вопросов, а из-за используемых выражений) Ваймс отметил, что не видит смысла в этом утверждении, поскольку средний стражник не знает даже слова престиж. Но меры всё равно были приняты. Моркоу (предварительно светились со словарём на букву пре) предположил, что На Самом Деле Людям Нравятся Сюрпризы. И организовал Лотерею. Каждый стражник из провинившихся должен был подарить что-нибудь нескольким пострадавшим чьё имя ему выпадет. Поскольку в организации Лотереи принимал участие Колон, им со Шнобби выпало только по одному пострадавшему. И да, С. В. С.-Дж. Шноббс должен был вручить подарок С. Р. Б. Н. Достаблю.

Для полноты картины вам стоит остаться на почтамте. Пусть Шнобби идёт заниматься своими невинными делами. Тихо стойте у здания до позднего вечера того же дня. Через час-полтора после закрытия почты вы сможете заметить в темноте две фигуры. А если у вас хороший слух, то и услышать о чём они говорят.
- Стэнли, куда ты?
- Мистер Грош просил купить ещё конфети...
- Ммм... А ты уверен что это вообще необходимо. В смысле не конфети, а вообще вся эта история.
- Но мы же не можем просто так продавать марки в десять раз дороже.
Судя по молчанию собеседника, он был уверен, что не просто можно, а наоборот даже более чем естественно поступать именно таким образом.
- Мистер Грош говорит, что это старинная традиция Почтамта, в неделю перед Страждеством продавать письма с украшением квартиры...
- Ладно, всё! - тон его намекал, что эту речь он слышит далеко не первый раз - И знаешь что, если вы уже занимаетесь этой ерундой, то не забывайте прибрать квартиру перед украшением. Нужно же работать красиво.

(с) eliduvid
____________________________
* Насчет мистера Проссера все и так понимали, что кража _холодной_ сосиски Достабля которой человек собрался пообедать это как украсть верёвку у потенциально висельника.
** Поэтому собственно Лучшим Людям и понадобились люди. Точнее не обязательно люди и желательно например тролли. Не всякого из тех кого решишь арестовать ты можешь арестовать сам. Правда дальше новички увлеклись и арестовали несколько человек которых арестовать не стоило. Например всё ту же леди Силачию.
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Часовой пояс: GMT

 


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах