Добавлено: Wed Dec 10, 2008 3:29 pm Заголовок сообщения:
Очень бы хотелось сказать три вещи о Карцере. Во-первых, в начале этого обсуждения как буд-то бы намекалось, что Карцер вроде бы какой-то чуть ли не недоразработанный образ, киношный что-ли, а я хотел бы категорически против этого протестовать. И дойти до того, что сказать, что нигде в другом месте нет до такой степени получившегося Анти-Ваймса, теневой проэкции Ваймса, как Карцер.
Во вторых, о мотивации и предистории Карцера, как-то очень хорошо даже получилось, что не описана она подробно, потому-что уверен, что она была бы довольно скучной. Все равно что очень подробно описывать мотивацию Грибошеньки. У Карцера достаточно что есть свой способ реагировать на мир, очень устойчивый образ жизни, а он по моему описан достаточно.
И в третьих,
Карцер получает удовольствия от нарушения законов; этому может сопутствовать или НЕ сопутствовать убийство. Это для него важно постольку, поскольку убийство относится к особо тяжким преступлениям.
То есть: если убийство дозволено и оправдано законами общества, в котором он находится, ТТ все равно будет получать от него удовольствие.
Карцер - неизвестно. Ему нужно сознавать, что он именно преступает закон.
Совершенно несогласен. Вовсе не такой он асоциальный и несоциализируемый, таким он кажется только в Анкх-Морпорке коммандора Ваймса и Ветинари, но в Анкх-Морпорке времени Славной Революции он даже очень прекрасно интегрируется в общество и вдруг превращается в столп законопорядка (ну не поймите неправильно, ведь говорят же "плохое здоровье", таким же образом тут "плохой законопорядок", а все же законопорядок). Это только в начале книги он какой-то незаурядный но вобщем-то паршивий outlaw, а подумайте что только с ним вдруг произходит в других условиях: сначала сержант, но такой который нагло, с ногами на столе командует всеми вооруженными силами города вопреки нежеланию представителей последних. Потом при новом правителе он вдруг Начальник того же особого ведомства. А оттуда, извольте, ведь до
лорда уже рукой подать. Конечно не видно чтобы он о чем-то подобном хлопотал, да не надо ему вовсе об этом старатся. Само образуется. Эволюционным путем. После первого раза как он в качестве нового командира секретных служб поговорит с Анкх-Морпоркской знатью (а рано или поздно он поговорит), сами аристократы вовсю захлопочат чтобы ему титул дали, только чтобы как-то сделать так, чтобы не оказалось что это какой-то мужлан наводит на них такой страх, потому-что боятся лорда пэра, уже будет нормально. А после этого удивит разве кого либо когда всякие Селачии, Вентури и Роскоши будут сбиватся с ног чтобы за него дочь выдать (дополнительная подробность на учет по вопросу о ребенке Карцеровом)? А ведь все это у Карцера не временные какие-то прихоти, в секретные службы соватся, ведь идет ему постоянно там быть... Чем не способность к социализации? Чем не служба закону даже (закону сильных разумеется, но все же закону)?
Вот и выходит, что он успевает в перспективе воплотить то, против чего Ваймс всегда более всего полыхал - (закона богатых и могучих), причем не в неудобоваримом виде образовавшихся в незапамятное время забытом способом данностей, а в становлении. В зародыше. Карцер оказывается живм случаем родоначальника того, что Ваймс более всего ненавидит.
А если далее обратить внимание насколько Ваймс и Карцер похожи в своих способностях справлятся с ситуациями - как оба равные и непревзойденные мастера streetwise боя, как умеют психологически справлятся с противниками, в особенности с сильными мира сего, даже организаторские умения у Карцера очевидно есть подобные ваймсовским. А главное стиль крутости очень похож-с. Только у Карцера чего-то очень главного (даже целого комплекса) не хватает. Типический темный двойник, не правда?
Тем более, что именно в Ночной Страже особенно много говорится о том как у Ваймса щитовидная форма значка Стражи означает защиту против внутреннего Зверя (не животного, а зверя, в смысле такого уже-человеческого снятого в гегельянском смысле первоначально животно-хищнического компонента). А вот во внутреннем мире Карцера Зверь не только свободен, а даже зарствует. Карцер и есть такой Зверь в чистом виде. (Нет, не говорю, что если бы Ваймс поддался бы своему Зверю, стал бы как Карцер, нет, у Ваймса то Зверь в нечистом виде и падение перед этим Зверем не могло бы случится без всяких душевных травм, а отсуствие травматизма для Карцера чрезвычайно характерно). В смысле он нашел способ вовсе не страдать от никаких таких вещей, из-за которых Ваймс спился, а действовать как хочется и вести образ жизни, который вести приятно.
Интересно, что сколько ни нравится Карцеру причинять страдания, нарушать закон и т.д., нигде кажется не намекается, что ему это необходимо, в смысле что будь он лишен этого то страдал бы. Карцера мы видим и в зените удачи и в переделках и даже в случаях когда он вроде много чего теряет и даже вроде к стенке прижат. Но никогда он не дрогнет, никогда не терзается, никогда не теряется, а всюду успевает все тот же стиль сохранить, в любых обстоятельствах он как бы в своей воде. Необыкновенная стабильность психики. Как это?
Даже тот знаменитый цитат о двух демонах сидящих на его обеих плечах и друг с другом соревнующихся кажется мне признаком этой особой стабильности. Ведь обычно на одном плече демон, а на другом ангел, тоесть конфликт, борьба, нестабильность. Если бы был только один демон, опять было бы вроде ассиметричности, т.е. демон против окупированного им человека. Два демона, будто бы с противоположных сторон но та же сила, это уже напротив, это баланс, это гармония. Так-же две личины, как мы видели в случае с Агнес/Пердитой могут оказаться силой противиться огромному натиску.
Вот Карцер проявляется с первого взгляда в двух противоположных социальных ролях: с одной стороны гордый мятежник, антисоциальный волк-одиночка, с другой стороны тиран местного значения, веселый самодурный барин. А сущность то у него в обоих случаях та же. Никакого различия. Прямо как сатана одновременно Князь мира сего и Дух мятежный, даже Архи-мятежник. Функциональность противоположная в зависимости от того Карцер против более сильных позиций или против более слабых в данный момент подвизается, а в сути разницы никакой.
Имея такую психическую стабильность в совкупности с такими практическими способностями, Карцер может жить как ему нравиться независимо от обстоятельств. Если социум его образа жизни не может принять, он будет outlaw, если может, он будет лордом, в обоих случаях он будет просто жить. Как Грибо в Ланкре. Не страдая слишком если что не так, беря все что понравится и не стараясь делать устанавливать чего-то чрезвычайного. Мотивация даже в этом случае и не нужна, как не нужна она и Грибоше. Просто пожить хочется человеку по своим правилам. Мотивация тоесть есть, но слишком заурядная. Обычно те которые с такой мотивациях на неблагополучиях срываются, однако у Карцера то способности незаурядные. А то что у него нет какой-то специальной мании, какой-то фикс-идеи, только делает труднее задачу с ним боротся. Чем впрочем он был бы похож на любого другого достаточно способного родоначальника Анкх-Морпоркской знатной фамилии (все они ведь из каких-то таких разбойничьих главарей произошли).
Так-что он не псих и кажется даже не маньяк. Больше похож на то как иногда описывают становление некоторых не испытавших больших травм военнопреступников. Тоесть не нормален он разумеется, но и не невменяем. Просто умеет чтобы сходило ему с рук. Может быть при том очень даже не диким. Допустим так ли трудно представить участника примерно тридцатилетней войны, который творит всякие зверства описанные Гриммельсгаузеном, а потом вернется примерно в Эдинбург или Стокгольм или Севилью (где война эта не велась) с добром и славой и становиться почтенным членом общества, дворянином за заслуги в войне и никак шкурой не обрастает а даже может считают его изысканным, хотя и не из изысканнейших... Есть разумеется нормальное цивилизованное чувство порядочности, но оно преодолимо, нередко без психических травм, и благодарение ему можно многое пережить без вреда для психической стабильности. Образ жизни такой образуется.