Добавлено: Sat Jun 26, 2010 1:41 pm Заголовок сообщения:
Я опять про отношения Ринсвинда и Двацветка. :)
Сначала сформулирую свою имху. Это не "настоящая дружба" (которая, в моём представлении, очень редкая штука). И, наверное, даже не дружба в общепринятом смысле слова. Но это.... ммм...
эмоционально наполненная связь, а никак не просто "хорошие отношения". Причём характер этой связи сильно завязан (сорри за тавтологию) на характеры обоих (и отчасти на внешние обстоятельства, вроде того, что они живут в разных полукружиях).
"Инь и янь" (цитируя Д. Джейсона), архетипический дуэт "простак -- хитрец", восходящий к Пиквику с Сэмом Уэллером и Дон Кихоту с Санчо Пансой. :))
Двацветок и Библиотекарь считают себя друзьями Ринсвинда, но не наоборот.
Я вообще не уверена, что в словаре Ринсвинда (в части, которую он использует, то есть) наличествуют слова "дружба", "любовь" и "доверие". (Зато там есть слово heel, которым Ринсвинд обозначает человека, доверие предающего.)
-- Твой друг?
-- Да, нас связывает взаимная ненависть. (We’ve got this sort of hate-hate relationship.) "Безумная звезда".
В фильме это показано более выпукло: Ринсвинд поправляет Льессу, говоря "Он мне не друг". И именно сказанное (чуть понизившим голос) Двацветком "Я думал, мы друзья" выводит Ринсвинда из равновесия настолько, что он выкладывает всю правду.
А Двацветок в "Интересных временах" запросто называет Ринсвинда "old friend".
Но, на мой взгляд, ирония ситуации в том, что отношение Ринсвинда к Двацветку ближе к дружбе (или к тому, что могло бы стать дружбой при определённых обстоятельствах), чем отношение Двацветка к Ринсвинду. Потому что, повторюсь, Ринсвинд лучше понимает Двацветка, чем наоборот. Особенно в "Интересных временах" -- в "Безумной звезде", например, Двацветок, беспокоясь за Ринсвинда, ушедшего "охотиться на лук", говорит Коэну: "Вообще-то, он не такой уж хороший волшебник. Я бы не сказал ему это в лицо, но… На самом деле я ни разу не видел, чтобы он творил чары". Этот момент, в принципе, можно истолковать как свидетельство того, что Двацветок понимает куда больше, чем кажется Ринсвинду. В фильме, кстати, Двацветок определенно мудрее, чем выглядит на первый взгляд. И то, что он смог переступить через обиду на Ринсвинда (и принять его таким, какой он есть), тому доказательство.
Можно, наверное, предположить, что в "Интересных временах" тоже есть "скрытый пласт понимания", но мне так не кажется. Помимо всего прочего, на этот раз им даже не дали нормально попрощаться. :)) Ну, и вообще времени мало было.
Да, вот я и не вижу, чем отношение Двацветка к Ринсвинду отличается от его взгляда на всех людей и мир вообще.
Ну, взгляд взглядом, а привязанность привязанностью. :) По-моему, даже в книге видно, что Двацветку грустно расставаться с Ринсвиндом. (В фильме при расставании оба, имхо, настолько близки к слезам, настолько это возможно для данных персонажей. :) "Я сейчас заплакал бы, если б умел", что-то вроде этого.)
А в "Интересных временах" он достаточно эгоистично радуется тому, что Ринсвинд оказался вместе с ним в темнице. :))
Шон Остин говорил, что Ринсвинд для Двацветка -- "excelsior" (чтоб я знала, как это передать по-русски), проводник по новым местам (и заодно спутник и подельник :)). В фильме, в сцене на Краю, это говорится открытым текстом, но в книгах, мне кажется, сей мотив тоже присутствует. По крайней мере, задним числом, в "Интересных временах".
А ещё Двацветок там видит в Ринсвинде Великого Волшебника, память о "старых добрых временах", в каком-то смысле символ Анк-Монпорка ("города свободы") и орудие Рока. Что по ходу дела, имхо, оборачивается некоторой жестокостью по отношению к
человеку Ринсвинду. С другой стороны, Ринсвинд там тоже не вполне понимает Двацветка, хоть и не совсем по своей вине -- скажем, он не сознает личной причины, заставляющей Двацветка остаться. Более того, он так и не узнаёт о ней.
В общем и целом, "Интересные времена" (в этом отношении) оставляют у меня ощущение упущенной возможности. Сорвавшегося шанса. Могло сладиться, да не вышло... Но про себя я не теряю надежды, что, может быть, сладится при следующей встрече. :)) В Пустыне, например.
Rincewind enjoyed the comfort of the wall. It was rust rock. He felt he could rely on it.
Насколько я понимаю, Ринсвинд радуется, что его и Двацветка разделяет надежная каменная стена?
На самом деле,
just rock, я по бумажной книге проверила. Я не восприняла эти слова в таком смысле, мне при чтении скорее казалось, что Ринсвинд в предчувствии приближения "абсолютного хаоса" (того, что обычно притягивает Двацветок) утешается "надёжной" (
пока ещё) окружающей обстановкой. Последние минуты тишины, так сказать, затишье перед бурей.
Да и правда, если уж "проклятие Двацветка" достало его на необитаемом острове (а Ринсвинд теперь знает, из-за кого вся эта каша заварилась*), то чем тут поможет каменная стена? ;) И, кстати, потом Ринсвинд ловит себя на том, что пытается "процарапать выход" в камеру Двацветка, и меняет стенку -- потому что "что ты будешь делать в соседней камере?", естественно -- но если б он действительно радовался разделявшей их стене, он бы даже не начал этого делать. ;)
* В качестве небольшого оффтопа: очень мне греет душу предположение, что идея письма к патрицию Анк-Монпорка в "Последнем герое" родилась в уме бывшего визиря Коэна. :)) Не без расчёта на то, что Патриций привлечёт к делу спасения мира Великого Волшебника. =)
Но, вообще говоря, я вполне бы могла поверить и в такую трактовку. И (как и проявления раздражения, мыслей на тему "чтоб ты провалился" и "экий же ты идиот" со стороны Ринсвинда) она, в моём представлении, никак не противоречит привязанности. :))
Как сказал тот же Джейсон, Ринсвинд говорит про "hate-hate relationship", но на самом деле это "love-hate relationship", конечно...
Несколько окольным путём это подтверждается тем, что в фильме, где обоюдная привязанность несомненна, этих "негативных проявлений" даже больше, чем в книге. (Или они ярче очерчены.) Весьма показательно, например, что в
сценарии фильма, когда Ринсвинд после падения обратно на Диск находит Двацветка и восклицает "Наверное, я в чём-то сильно провинился, раз ты от меня никак не отстанешь" -- Двацветок смотрит немного обиженно, и на лице Ринсвинда мелькает виноватое выражение. В фильме ничего подобного нет. То есть фраза Ринсвинда* есть, но Двацветок на неё безмятежно улыбается, "пропуская мимо ушей".
* Совершенно великолепная, кстати -- неужели у Ринсвинда
совсем никаких догадок насчёт того, "за что ему это наказание", нет? :))
Так же, как нет слов Ринсвинда из книги: "Знаешь, как я рад тебя видеть!" и вопроса Двацветка "Ты, случаем, не расстроился?" И странным образом это "играет на повышение", не на понижение. Потому что Двацветку из фильма
не нужно было задавать этот вопрос, он и так всё прекрасно понимал. А Ринсвинд из фильма скорее откусил бы себе язык, чем сказал бы, что рад видеть Двацветка. (И в книге эта фраза ведь скорее выражает пережитый Ринсвиндом страх, и что весьма показательно, Двацветок "не слышит" её на эмоциональном плане -- он понимает её дословно, переспрашивая "Как?") И более того, зачастую эта привязанность выказывается именно в "формально негативных" проявлениях. Например, когда Ринсвинд, видя, что Двацветок (после побега от Смерти) приходит в себя, тут же набрасывается на него с градом упрёков (совершенно нелогичных причём: та история со жрецами в фильме не имела никакого отношения к заклинанию, попавшему в Двацветка), а потом протестует против "благодарности" Двацветка...
Разве не похожую картину мы видим
в фильме у Мойста с Адорой? ;) Когда она тычет пальцем ему в лоб, показывая, куда именно она выстрелит в следующий раз -- разве нет в её злости на Мойста
страха за него же, потому что этот авантюрист ведь не только хорошее дело испортит и людей подведёт, но и себя погубит? Или когда Липвиг заявляет, что ему надо всего-навсего совершить невозможное и картинно козыряет, а Адора не менее картинно возводит глаза к небесам, разве это отменяет тот факт, что Адора любит Мойста в том числе и за это (если не за позерство как таковое, то за душевные свойства, в нём выражаемые)? И разве Ринсвинд, вопреки своему здравому смыслу, не подпадает под обаяние Двацветка, которое прежде всего заключается в его "идиотском" взгляде на жизнь?
Неоднократно говорилось, что Двацветок видит Ринсвинда не таким, какой он есть, и слышит не то, что он говорит, но ирония ситуации в том, что в случае с Ринсвиндом такой подход отчасти оправдан. :) Нельзя верить всему, что говорит Ринсвинд. И особенно тому,
как он это говорит. Ринсвинд -- циник, язва, "поперешник" (то есть часто возражает лишь для того, чтобы возразить) и нытик, который будет жаловаться даже на собственных похоронах. =)
И если на вопрос "Ты, случаем, не расстроился?" он отвечает "О боги, нет. С чего бы?" это не означает ничего, кроме того, что он не мог ответить по-другому. :) (А истинные его чувства в той сцене, имхо, достаточно легко вычитываются из авторских ремарок.)
Собственно, не всегда можно доверять даже тому, что он
думает. Вот его внутренний монолог в "Интересных временах":
"Look at them," he said bitterly, to the generality of the universe. "Stupid. If it was seven against seventy, every one’d know who’d lose. Just because it’s seven again 700,000, everyone’s not sure. As though suddenly numbers don’t mean anything any more. Huh! Why should I do anything? It’s not as if I even know the guy all that well. Admittedly he saved my life a couple of times, but that’s no reason to die horribly just because he can’t count. So you can stop looking at me like that!"
Что он значит на самом деле? Буквально то, что "говорит" Ринсвинд? Что он не так уж хорошо знает Двацветка, и что их отношения сводятся к тому, что Двацветок несколько раз спас ему жизнь? (О том, что он сам тоже спасал Двацветку жизнь, Ринсвинд почему-то не вспоминает...) Или что внутри Ринсвинда кто-то кричит о том, что он только что оставил друга на верную смерть? И Ринсвинд пытается заглушить этот голос?
В общем, по-моему, основное чувство Ринсвинда - что Двацветок его воплощенное проклятие.
Да. Потому что, в общем-то, так оно и есть. :) Это факт. Такой же, как то, что Ринсвинд -- неудавшийся волшебник, циник и убеждённый трус.
Но сами по себе эти факты не являются "строго детерминирующим" фактором отношений.
Для Двацветка -- потому что он всё видит по-своему, и, что не менее важно, под его взглядом всё меняется.
Для Ринсвинда -- потому что способность видеть вещи такими, "какие они есть" (или ещё в худшем свете), не мешает ему ими дорожить.
Можно вспомнить разговор со Смертью в "Посохе и шляпе", где Ринсвинд называет свою жизнь ужасной -- а мы все знаем, как он ценит свою жизнь! :)) Или разговор об Анк-Монпорке в "Безумной звезде" ("Да, но, в общем, это мой дом, разве ты не понимаешь?") Или просто убившую меня (в положительном смысле) сцену с монологом Гамлета во второй "Науке Плоского Мира", когда Ринсвинд, думающий о головах на шестах, Ринсвинд, не слишком боявшийся демонов в "Эрике", потому что "знал, что делают с людьми люди", говорит Библиотекарю: "Нечего смеяться"...
И в "Безумной звезде" мы имели возможность наблюдать, как реагирует Ринсвинд при мысли о том, что Двацветок мёртв. Первым выступает то самое чувство, да... но потом вмешиваются и другие.
И если Ринсвинд несмотря на это не особо его винит, понимая, что тот "ненарочно", и все же приходит ему на помощь, это говорит о его доброте и порядочности. Но не о добрых чувствах и привязанности к Двацветку лично.
Ох, доброта и порядочность... я позволю себе привести две сцены из начала и конца дилогии только потому, что автор явно их "запараллеливал".
Начало "Цвета волшебства":
Остальные пять монет помогут ему открыть какое-нибудь выгодное дело на безопасном расстоянии отсюда. Двухсот миль вполне достаточно. Это было бы благоразумно.
Но что же будет с Двацветком, который останется один-одинешенек в городе, где даже тараканы за милю чуют золото? Нужно быть настоящим подонком, чтобы бросить беднягу здесь.
[...]
– Пришлось пристрелить лошадь, иначе он отказывался останавливаться.
Конец "Безумной звезды":
– Ладно, когда увидишь их, передай вот это, – продолжал Двацветок, протягивая ему мешочек. – Я, конечно, понимаю, что новый дом дорого стоит, но…
Двацветок так и не понял всю пропасть, разделяющую обменные курсы обеих валют. На сумму, содержащуюся в мешочке, Коэн с легкостью мог обзавестись небольшим королевством.
– Отдам при первом же удобном случае, – пообещал Ринсвинд и, к собственному удивлению, осознал, что действительно собирается это сделать.
Хотя никто бы (ни сам Двацветок, ни молодожены) не пострадал бы, если б Ринсвинд взял себе несколько монет... Даже если это не "изменившиеся личные отношения" с Двацветком, а проснувшаяся "общая порядочность" -- то проснулась-то она явно под влиянием Двацветка. И сам Ринсвинд (чуть раньше) думает о том, что взгляд Двацветка его изменил. Это к вопросу о том, "как Ринсвинд воспринимает разницу в характере своем и Двацветка", в частности... Когда речь заходит о том, что один человек меняет другого, это, имхо, никак не "просто хорошие отношения", а нечто более глубокое.
Кстати, и в том монологе из "Интересных времен" Ринсвинд от "Посмотрите на
них" перескакивает к "Я
его не так уж хорошо знаю". Он думает не о всей Народной Армии, а лично о Двацветке.
В общем, я согласна с тем, что отношения этих двоих чреваты вечным "внутренним конфликтом", но, на мой взгляд, это и делает их интересными. Ведь встречаются же на свете совсем разные люди, и дружбы бывают разными... в том числе и между такими людьми. Да, возможно, у Двацветка с Ринсвиндом дружба "не вышла", по смеси внешних и внутренних обстоятельств. Но даже попытка, на мой взгляд, заслуживает внимания.
_________________
"Где надежда, там жизнь!" (с) Ринсвинд
) и Ринсвинд с Библиотекарем. Правда, книги о Ринсвинде знаю недостаточно хорошо, но мне хватило мелких упоминаний об их отношениях там и сям.
