Добавлено: Thu Apr 14, 2011 11:28 am Заголовок сообщения:
Элли-Сью бросила еще один исполненный сожаления и раздражения взгляд на удаляющихся дуэлянтов и бросила свои силы на подавление поднявшего было голову в ней чувства самосожаления. Потому что почему это так получается, что вроде бы вовсю стараешься, из сил выбиваешься, себя в неудобные положения ставишь, а может, и других, а в результате безобразие все таки происходит, недостаточно старалась, значит. Прямо как прежде, по делу Меркуриуса Трескотта, когда ее усилия даже оказались вполне эффективными и вроде бы объективно нечего было больше требовать, но опять-таки, в крайнем итоге недостаточными. А сейчас даже успешными действиями утешиться нельзя (если есть в этом какое-то утешение, когда результат то, результат...), и даже загвоздки с опасностью боя кнутом издалека она до замечания мистера Гиринса не заметила. А надо было бы, потому что Мама ведь хлыстом драться умеет и хотела свою дочку учить, но Элли-Сью тогда слышать об всем этом никак не хотела, даже, так как Мама слишком уж настаивала, до крайних средств* дошла, а могла ведь хоть теоретические положения научить. А то теперь она только по одному старому делу свои предложения строила, когда обвиняемый на дуэли обезоружив противника избил его после до смерти безоружного... но что поделаешь, дело опять упущено, как тогда с алхимиком. Зачем же и мистер Квази во все это так спокойно лезет, как ... как алхимик какой-то?
Неизвестно почему, тут через ее голову пронеслось воспоминание об одной древней заключительной речи, в которой оратор сравнивал умение хорошо составленными законами изменять к лучшему состояние общества с алхимиком получившим золото из какой-то дряни. Что общего между благородной правозащитной деятельностью и алхимией? Ровно ничего, алхимия суется с недодуманными экспериментами куда не следует, и получает только взрывы и неприятности, а Право, оно мудро регулирует и балансирует общественные трения и становится действительно лучше... Да, точно так, ничего общего. Не говоря уже о том, что ей прямо сейчас было еще много о чем другом позаботиться. Примерно, ей прямо сейчас задали вопрос.
Затолкнув свое бушующее недовольство куда подальше, куда уже было изгнано сетование о так некстати проявившейся болезни, она опять улыбнулась мистеру де Ворду, даже как-то немного извинительно, как хозяйка салона, которой не удалось вовремя встретить дорогого гостя из-за переполоха с каким-то там разбушевавшемся в ее доме пожаре, который хоть и не пустяк, но все таки не причина пренебречь любезностью к дорогому гостю.
- Мистер де Ворд, ответить на ваши вопросы будет огромным удовольствием и честью. На кнутах, - второе предложение она начала сухо, тише и скороговоркой, как бы желая быстрее перейти к более существенным темам - настаивала вызванная сторона, Чезаре Сардини, посредник по сделкам из Щеботана, - коротко указав на вызванную сторону (жестом, может кое кому и показавшимся бы брезгливым отмахиванием рукой, но явно выражавшим просто физическую усталость девушки), она опять внесла в голос теплоту и лучезарную радушность - А вы узнали самую правду о происходящих тут, - неопределенно махнула рукой то ли в сторону Сто Гелит, то ли в сторону кресла - странных событий, так мучающих нас своей непроницаемой темнотой, правда?
________________
* Она тогда еще была маленькой, но уже никак не любила применять это средство, потому что оно расстраивало Маму (а, как уже было сказано, Маме не хорошо было расстраиваться), но Элли-Сью отлично владела техникой истошного визга - пронзительного и продолжительного, несмотря на ее слабое здоровье (без правильной техники исполнения это бы не удалось), прочувственного, с богатыми колоратурными подвываниями (с которыми кстати легче визжать долго не охрипнув, и еще периодически подавать новые нервирующие кресщендо), превосходно передающие и суть и форму еще одного признаваемого в суде средства деве недвусмысленно доказать свое острое нежелание принять чьи-то посягательства (хотя не такое сильное и эффективное как responsum genu) - stridor horrendum quasi sirenes, названое так в честь мифических морских чудищ, заслышав чей голос моряки в ужасе бросались за борт корабля.
