- Ой, значит нельзя ничего сделать чтобы мистер Нортус променил свое мнение? А я все надеялась... - огорчилась Элли-Сью и добавила с пылом такого вида, который сестра Фасоль вероятно не очень ожидала бы встретить вне кругов верующих: - А ведь в каждой личности, в каждой обязательно должно гнездиться добро, и до него непременно должен быть способ как-то добраться и расшевелить! Но... - она горько вздохнула. - Может быть, у бедного мистера Нортуса это от заниманий магией. Потому что чем обычно волшебники объясняют самую суть того, что происходит при магии? (Ну, объясняют, когда их призывают в суд как вещих лиц.) Квантом. А мне известно, что значит "квантовый вопрос" в мирской сфере правных взаимоотношений. Это происходит от латинского "Quanto?" что значит "Сколько?". И этим вопросом мирские мерзавцы совершают тихомолком самые вопиющие несправедливости в прямом противоречии законам и обязательствам, объясняя их каким-то туманным "квантом"! И вот, каждому юристу должно быть заметно, что волшебнические объяснения о кванте полностью сходятся в тысячах деталей с мирским квантовым вопросом. Это значит, что волшебники делают свою магию несомненно за счет коррумпирования самого мироздания!! Ну, не за деньги, а за что там в ходу в ткани мироздания, разумеется. И, наверное, даже доброму по натуре человеку было бы очень трудно при такой долгой причастности к коррупционным практикам... Да, наверное у бедного мистера Нортуса это из-за кванта.
Закончив это разволнованное высказывание веско-печальным кивком к собеседнице, она, очевидно, вспомнила, что ее слушают, слегка смутилась, пробормотала:
- Ой извините, я разболталась о наболевшем личном... - потом вспомнила, что все известные ей религии осуждают занимания магией, а также вспомнила, что многие религии очень даже приветствуют исповеди как раз о наболевшем личном.
И еще вспомнила, что, помимо траура по безвременно почившем синьоре Антонио, помимо досады от застрявшего расследования и жгучего беспокойства, как же восстановить Справедливость, у нее есть еще кое-что наболевшее. О котором ее некому до сих пор было выслушать...
- А я... мне так важно было бы знать, как это выглядело бы в глазах искренне верующего, если... - потупила она взор с очень странной для нее стеснительностью. - Дело в том, что ... мои очень дорогие друзья уговаривают меня занять... должность естества... религиозного. В смысле, моим друзьям это очень хочется, а они мне очень дороги... Для этого, по закону, мне не надо быть верующей, а лишь поверенной, но... Нет я не о каноническом спрашиваю, там как раз я уже навела справки, включительно до квантового вопроса, и там все ясно. И по сопутствующему ex officio ... клирическому сану, тоже нет вопросов, сану... эмм... собственно... так сказать... первожрицы, но это незначительные подробности. Тем более, что у этой богини уже пятьсот лет как иссякло действующее жречество, а мои... друзья уже долго как ее единственная известная паства... Я даже, признаюсь, очень усердно разыскивала и еще разыскиваю любое препятствие которое могло бы дисквалифицировать меня, но увы... Ведь мои друзья хотят от меня заняться... ролью Нормы... эмм... то есть временно исполняющей должность аватара. Ох, знаете как это ужасно! Ведь в древности Воплощенные Правные Нормы в знак протеста против несправедливостей мира самосжигали сами себя на костре! Это так ужасно, но они же мои дорогие друзья! Они такие порядочНые и доброжелательные, просто у них логика очень... своеобразная и они так далеки от мира... хотя и очень знающие, и мудрые, и пытливо-рассудительные, но все таки...
Фанни в это время закатила глаза в сторону монашки, из чего та могла бы прочитать, что самообороне от этого Фанни ее не могла бы научить, а просто надо это мужественно выдержать. Потому что ничего, у нее пройдет. Хотя, это "пройдет" было с такой подспудно-тревожной добавкой "наверное". И еще во взгляде Фанни можно было прочитать что-то родственное умильной гордости местных жителей за чудачества местной знаменитости, чудачнее которой нигде на другом месте не сыщешь.
А, возможно, если бы ее в этот миг увидела Лючия Апассионата, выражение несчастной кандидатки в Нормы напомнила бы ей об избитой роли девушки, чья горячо любящая ее семья уговаривает из-за чьего-то там добра выйти замуж по расчету. Лючии Апассионаты, однако, здесь не было, а Элли-Сью, зная от тех же "дорогих друзьей" очень много о браках по расчету, но совершенно ничего об интимных переживаниях девушек, уговариваемых на такое, продолжала со все возрастающим жаром:
- Я-то сейчас успешно применяю волокитство, и мои друзья это вполне принимают и уважают, но... Все таки совестно же, так как они все-таки друзья! А я стольким как раз им обязана! Они, именно они впервые раскрыли мне мир завораживающей красоты и пленительное стремление к Справедливости! ... Ох извините, пожалуйста, что я говорю тут против всех правил риторики, отчего у меня, наверное, получается невнятно и путано, но... - тут она подняла на сестру Фасоль открытый взгляд, очевидно вдруг забывши о всяких заботах, как выглядит со стороны то, о чем она говорит, а всецело предавшись желанию просто выговориться. - То, что они мне предлагают, кому-то может выглядеть и формальным, но от них же, от моих друзьей, я же и научилась, даже самая сквозь пальцы воспринимаемая Форма требует исполнить себя смысла, болезненно требует, чтобы ее в самом деле имели в виду! Потому мне так надо знать, милая сестра, как это выглядит в глазах кого-то, для кого высокие стремления, это в самом деле дело жизни. Да, то, что они мне предлагают во многом обременительно и очень опасно, но я же им так много должна! - в голосе ее начало звучать все больше нежности и любящей прочувственности. - Это от них я научилась, что пусть благовидные речи и сказаны самыми прожженными подлецами в самом гнусном лицемерии, но самая форма этих речей требует отнестись к ним серьезно, и назло тем подлецам не успокаиваться, пока не восстановишь поруганный теми извергами благой вид! От них я научилась, что если в одном деле мерзкий стряпчий, гнусно искривляя закон, творит над кем-то чудовищную несправедливость, так в другом деле порою тот же крючкотвор изобретательно находит доводы, которыми можно было его же в первом деле разбить в пух и прах! От них, моих дорогих друзье, я научилась, что если мои скоропалительные и невежественные чувства твердят мне о ком то, что он самая гнусная мразь и что ужасно трудно применить к нему презумпцию невиновности, так достаточно пополнить об этом лице формуляр, и видишь: вопреки всей видимости, за всеми гадостями на поверхности, это в глубине своей все таки Личность, со всеми вытекающими Правами Разумного Существа. Правда, иногда очень уж в глубине, но все таки. Благодаря моим друзьям мне сейчас уже трудно понять, как кто-либо, видя в формуляре имя индивида, не вспомнит, что именовать - это признать кого-то субъектом права, и не забывать о Достоинстве, которое у него, даже если и нет, но должно было бы быть! Как видя графу "год рождения" и "родители" не вспомнить, что это лицо все кем-то рождено, и следовательно кто-то это лицо любил, заботился о нем. Или если никто о нем не заботится, так все кому-то следовало бы это восполнить! Как можно читая о прецеденте, не вспомнить, что надо соображаться с полноценным ходом реальной жизни! У них, моих друзьей, я впервые полюбила призвание говорить за тех, кто сам за себя говорить не умеет, от них я научилась не успокаиваться, пока в каком-либо аспекте все еще не поборота несправедливость. И я еще толком не начала описывать все, из-за чего я так благодарна этим моим друзьям.
Она быстро замигала, чтобы остановить растроганную влагу в глазах и посмотрела вопросительно на собеседницу, о чудо, без дополнительных словесных комментариев, просто ожидая услышать, что монашка обо "всем этом" думает.
Фанни тем временем закатила глаза горе, мыслено воззвав неизвестно к кому, что пусть как-то обе они не начнут подстегивать друг дружку всякими Идейностями.
Добавлено: Thu Feb 28, 2013 8:38 pm Заголовок сообщения:
Но Элли-Сью будет рваться поговорить наедине (или еще лучше в присутствии мисс Мэгги) с Уолтером (о плане по новоочарованию Кристины).
), где и встретит сестру Фасоль. Пишите свой ход.
. Впрочем, она же незаметная 
).
