Добавлено: Tue Dec 11, 2012 3:30 pm Заголовок сообщения:
Элли-Сью приняла чашку со слабой благодарной улыбкой и так и оставила ее в обеих ладошах, как будто грея пальцы на теплой от чая чашке. Хотя в нужде от валерьянки она вовсе не была уверена, так как фаза у нее сейчас уже была тихой печали, но спорить в ее нынешнем пристыженном состоянии как-то не хотелось. А и не дело было это спорить с теми, кто о тебе по матерински заботится. И думать миссис Плинж попросила о другом. Мисс Деревяшкинс вздохнула и заговорила с тихим примирением:
- Да, вы совершенно правы, миссис Плинж, очень нехорошо было бы, чтобы мистер Плинж оказался бы в моих руках, это вы очень правильно озаботились, потому что будь на моем месте какой-то, извините за выражение, адвокат... Мне самой надо было догадаться. Нехорошо это деловые отношения строить с такой ассиметрией уязвимости, несправедливо это. Мне надо будет это положение... - за миг губки ее сжались жалобно-недовольно, она взглянула на хозяйку гостиной как бы обдумывая важное решение, после чего закончила с ноткой мрачной решительности, - ... сейчас же поправить.
Отставив чай, она взяла листок чистой бумаги и в этот раз не карандаш а ручку, и начала медленно и осторожно выводить какой-то текст, в паузах между словами несколько отрешенно приговаривая:
- И, конечно, есть у меня и личный интерес... Амбиция у меня разыгралась, а то обычно тонкие хлопотные дела все только адвокатам доверяют... Но мне так хотелось показаться, что могу, мол, из закрученных ситуаций выход находить, как будто я ... какой-то чуть ли не Мойст фон Липвиг в юбке. Не очень уж у меня получилось, да? - она подняла на миг взгляд с раскаянной улыбкой. - А еще я и чувствую себя виноватой по этому случаю... Вот вчера мне мистер Плинж простой вопрос задал, а я навоображала, что он мне дает шанс
похлопотать, - это последнее слово она сказала с тоном, который миссис Плинж наверное слышала в сочетаниях вроде "шанс выступить на сцене". - ... Я на радостях и ляпнула... а он подумал, что я его подозреваю в каких-то нечистых делах... плохо у меня вышло...
Она торжественно подписалась, посмотрела на написанное с неприязнью, потом кивнула с горькой решительностью и подвинула бумагу к матери директора пояснив:
- Это обличительный текст против меня, о том, что я замышляла кое-что, позволенное только полноправным адвокатам. Если эта бумага попадет в гильдию адвокатов, у меня будут серьезные неприятности. Прошу только держать это где-то ... понадежнее, - закончила она слабым голосом и закрыв глаза, поскольку вспомнила, как и у мистера и у миссис Плинж ничего не запирается...
Но ассиметрическая уязвимость, это и вправду скверно и нечестно, и необходимо поправить, а воры, в отличие от адвокатов, не должны увиливать от честного профессионального риска!
- А и многие в Опере уже знают о замысле с изумрудом больше, чем мисс Цедур, она хотя бы не слышала, в чем состоится сюжет-то, - призналась Элли-Сью
Об этом думать было лучше, чем о риске. Она, все еще с закрытыми глазами, отпила от чая. И... посреди угрюмой черноты нынешней ситуации одна деталь вдруг стала на свое место с метафорическим щелчком, как от взводного механизма дорогого арбалета. Элли-Сью открыла глаза, все еще без радости и азарта, но уже не столько печальные, сколько задумчивые, опять пригубила чайку и продолжила тихим голосом:
- А до мисс Цедур я думала, что с Завистником из сюжета синьоры Квазимоды придется обойтись туманным намеком. А мисс Цедур ведь, если захочет, так убедительно сыграла бы роль Завистницы. А она очевидно хочет, и, как вы говорите, мэм, ее даже не остановить. И знает она как раз то, что и нужно Завистнице по сюжету... А и больше бы узнала, дела это не меняет. Она же все равно воображает, что мисс Кристину планируется одурачить... А я-то думала, что с Завистницей у синьоры сценаристки недоработка, а она свое дело знает, - неохотно признала она право неприятной котовладелицы. - Так и надо: сомнения, удручающие и отчаивающие мисс Кристину, переконцентрировать на очевидную Завистницу. Главное же, чтобы все у мисс Кристины встало по своим местам... - чашка была оставлена и забыта, голос еще был тихим и грустным, но в нем уже не замечалось опасности новых слез, - Потому что какая беда у мисс Кристины? То, что она разочаровалась из-за изумруда. А дело у нее здесь - очаровывать публику. А для того чтобы очаровывать, нельзя без того чтобы быть очарованной. Это даже я знаю, хотя у меня работа в тыщи раз мельче ее: я очаровываю всего лишь клиентов нашей Гильдии, чтобы не оставалось слишком уж плохих чувств. А сколько мисс Кристине очарованности нужно, я и представить не могу. И раз она уже столько времени здесь продержалась, значит, прекрасно и сама умеет свою очарованность поддерживать, у нее сейчас просто срыв, и кому-то надо помочь ей зацепиться, а дальше оно и само пойдет. Так и у меня, когда у меня бывало уныние, как устроят мне такой подарок с привкусом сказки, чтобы понесло... - Она слабо, но уже почти мечтательно улыбнулась, тут вдруг впомнила, что недавно осрамилась, опять покраснела и заизвинялась потупившись: - Извините, я опять разболталась, слишком уж я привыкла этим успокаиваться. И вы правы, что надо первым делом усерднее самим расследованием заняться, - она несколько раз кивнула. - И я обещаю, что к исполнению задумки ни в коем случае не сунусь без того, чтобы сначала все вам и мистеру Плинжу не представила на одобрение. Только нельзя же так сразу, не организовав все подробности, прямо к мистеру Плинжу, все равно сказать ему "вот вам сырая идея, нагружайтесь организацией этого кроме всех ваших прочих дел". Да, конечно, сначала расследование. Вы думаете, мистер Лес позволит мне подробно прочитать записи в его книге за 13-ое сплюня, или надо будет разрешение у кого-то сначала добыть?