Добавлено: Mon Dec 17, 2012 1:49 pm Заголовок сообщения:
Лицо Полли Шанель слегка перекосилось, потому что танцовщица в задумчивости начала жевать себе щеку. Но вскоре приняла решение и сказала:
- Вот что, раз уж мы взялись проверить этот кусок пути, надо проверить. Потом с чистой совестью скажем, что мы тут баклуши не били. Эрни, ты уж все-таки загляни в подсобки к сценографу. Не знаю, как мог бы Макси туда угодить, но мало ли? Попроси ее вежливо, не зли, а если она не в духе - то не настаивай. Может, и пронесет. А я до проходной прогуляюсь. Пошли, мисс.
Последняя фраза относилась к Элли-Сью. Эта странная лояльность к воровке вскоре объяснилась: как только Полли с мисс Деревяшкнис отошли достаточно далеко, чтобы их уже не могли слышать остальные присутствующие, но еще не мог слышать сидящий у себя за стойкой мистер Лес, Полли негромко сказала:
- Ну что, решили все-таки мне заплатить?
**************
А на главной сцене Оперы полным ходом шла репетиция "Корифея и Поглядики" Оффенверди.
Напрасно некоторые думают, что репетиция - это всегда лишь неприглядная изнанка спектакля. Будь сейчас в зале публика, она могла бы получить особое впечатление. Хотя Корифей отсутствовал на сцене, все артисты так выразительно кружили вокруг пустого места, столь убедительно к нему обращались, что возникало чувство присутствия кого-то незримого и неслышимого для посторонних, но совершенно реального и осязаемого для участников действа.
И не только для них. В ложе номер 8 тоже кое-что происходило.
- Позвольте ваш бинокль, сударыня... Сейчас будет мой любимый момент. Гавот блаженных теней, это пленительно... - И бесплотная рука в старомодном рукаве с гигантскими обшлагами нетерпеливо протянулась вперед.
- Прошу, - отозвался мелодичный бесплотный голос, чья обладательница сидела с прикрытыми глазами, наслаждаясь музыкой. Точнее, обладательница голоса парила в паре дюймов над сиденьем кресла, в увлечении не замечая этого.
- Наконец этот мальчишка Плинж додумался вернуть на сцену Оперы истинное Искусство, - тряся бесплотным старомодным париком с буклями, заметил третий собеседник. - Ах, как давно мечтал я услышать снова Великую Тумбини!
- При чем здесь Тумбини?! - сварливо вмешался четвертый бесплотный голос, и призрачная трость раздраженно стукнула по полу. - Лично я собираюсь услышать
настоящего Корифея. Чарующий альт непревзойденного Фифинелли!
- Увы, увы, - прошамкал пятый бесплотный голос. - В мире перестали ценить пение. Я много бы отдал зато, чтобы на сцену вернулись
музико...
- За неимением мужского альта, Тумбини была не так уж плоха, - снисходительно заметил мелодичный голос, и обладательница его подчеркнула свои слова движением бесплотного пышного веера, обмахивая бесплотный пышный бюст. - Впрочем, о вкусах не спорят: каждый из нас может вызывать в своих воспоминаниях любимых призраков...
- Да, мы вынуждены довольствоваться воспоминаниями, - сердито сказал дух с тростью. - Но признайтесь честно, разве вам не хотелось бы услышать и увидеть
в реальности...
- В реальности публику ждет жестокое разочарование, - пожал плечами другой дух, осыпая свой камзол призрачной пудрой с парика. - Достойного Корифея у них нет. На что рассчитывает этот мальчишка Плинж, не представляю.
- На чудо, - презрительно сказал первый дух. - Мы избаловали его своим покровительством, вам так не кажется?
- У него недурной тенор, - заметил бесплотный мелодичный голос. - Хотя согласна, из него мог бы получиться восхитительный альт. Если бы!..
- Но раз он решил вернуть на сцену "Корифея" Оффенверди, то, может быть, есть еще надежда! - прошамкал один из собеседников. - Не понимаю, что мешает этому Плинжу! Можно подумать, что на свете больше некому детишек плодить! Я полагаю, что мы должны подтолкнуть его к правильному решению.
- Если мы все займемся этим единодушно... - задумчиво произнес дух с тростью.
- Ах, как это было бы прекрасно!.. - мечтательно проговорил дух в пудреном парике. - Сегодняшний "Корифей", безусловно, провалится. И тогда, желая искупить вину перед Оперой, Плинж будет уступчив к нашему влиянию, как никогда. Вполне возможно, что мы еще услышим
в реальности нового Фифинелли.
Бесплотные головы дружно закивали в знак одобрения.
***************
Ничего не зная о том, как в ложе номер 8 решаются судьбы оперного искусства, а также шансы миссис Плинж однажды дождаться внуков, на сцене танцевали блаженные тени во плоти.
Я знаю, что ты хочешь, Корифей.
Пришел за Поглядикою своей.
Но позабудь желание твое.
Не нарушай блаженный сон ее.
Так пел серебристым тенором Генри Слагг, обращаясь к пустому месту. От пустого места отделилась фигура танцовщика, олицетворяющая душу Корифея, и устремилась к душе Поглядики.
Знаменитое лирическое па-де-де было бы еще лучше, если бы мадмуазель Безжири не ступала, словно по раскаленному железу, нервно кося глазами себе под ноги.
Когда терпение балетмейстера лопнуло и он остановил репетицию, прима произнесла замогильным голосом:
- Я не могу работать в таких условиях. Я знаю, что на сцене разбили стекло. Я знаю, что где-нибудь завалялся осколок! Я знаю, что наступлю на него!
_________________
Уши кота могут вращаться быстро.