Добавлено: Thu Mar 14, 2013 12:01 pm Заголовок сообщения:
Элли-Сью слушала полетевшие вовсю рассуждения о личности наводчика нахмуренно и насторожено. Но если кто-то ожидал увидеть в ней загнанность, загнанности точно сейчас не было. Бывает же, что загнанное существо обернется и начнет яростно огрызаться. А Элли-Сью сейчас начала сердится. И пусть сердилась она сейчас главным образом на себя, но если уж общее чувство сокрушенности начало меняться на гнев, там уже и недалеко и до самого главного способа применения гнева...
А сердилась Элли-Сью за то, что вообще заикнулась о "крысе". Права была Мама (ох, как Элли-Сью ненавидела, когда Мама оказывалась права!), что дай
им даже самую малость, и
они непременно раскроют пасти как бегемоты, требуя еще, так что лучше
им с самого начала ничего не давать (но несправедливо же это так, несправедливо!).
Мистер Шлапп, правда, наводчику сочувствует (пока, кто знает, не переубедит ли его кто-то впоследствии?), балетмейстер о своем отношении к наводчику вообще ничего не говорил, а Квазимода Апассионата... она, хотя и явно не одобряет расправу над "крысой" без разбирательства, да вот пока она "разбирается", выйти на всеобщее обозрение может всякое. А сколько ни была синьора во многих отношениях опытной и вещей, тут уж она допустила явную наивность в суждении - разве нужно быть извергом, чтобы натворить глупостей из чувства порядочности?
И независимо от того, что сделает мистер Плинж (мнение его матери о его порядочности в этом смысле могло бы и не вполне соответствовать истине), но если "крыса" станет известна оперной общественности - общественное мнение уж всегда было как раз извергом.
Короче говоря, Элли-Сью, душенька, ты сейчас препаршиво подставила нашего наводчика. И не смей отпираться, а изволь принять ответственность.
- Простите, пожалуйста, дамы* и господа, - начала она вовсе не просительно, а как-то даже воинственно. - Как уже правильно отметила синьора сценаристка, если очень уж надо разбираться о наводчике, ответственность тут не его, а моей гильдии. А Гильдию здесь представляю я, так что прошу не терять время на копание вокруг наводчика, а прямо обсудить меры наказания Гильдии в моем лице. Тем более, синьора, если уж никак не обойтись без выложения всего о краже перед мисс Кристиной (что, по-моему, для восстановления ее душевного спокойствия будет недостаточно), прошу придумать хотя бы что-то, какое-то восстановление мистической связи с Духовной Сутью оригинала, или... - она опять рассказала о своем варианте, что изумруд был украден временно, с целью околдовать его, после чего о варианте самой Элли-Сью исполнить роль позорно наказанной злодейки. - Мистер Нортус, думаю, с удовольствием бы придумал и исполнил какой-то эффектный способ моего наказания, и я готова попросить его об этом лично.
Ну, совету гильдии и мистеру Боггису персонально такое вряд ли понравилось бы, из-за видов на респектабельность Гильдии... - дополнила Элли-Сью про себя, но если им это не нравится... да катятся они ко всем адвокатам! Настоящий Вор должен заботиться не о своем дутом культурном статусе, а о своих Обязанностях перед Общественностью! И все же кому-то надо начать держать себя
правильно!
К этому времени она уже подалась всем своим весом настолько вперед, что, несомненно бы опрокинулась носом, если бы не контрбаланс высоко вздернутого подбородка, над которым горел Взгляд. Вообще, умеющие читать язык тела, увидели бы в ней сейчас что-то вроде готовой к яростному смертному бою канарейки.
- А обратно к вопросу о наводчике, я обязуюсь добиться в моей гильдии снятия этого лица с учета у нас. И добьюсь, потому что иначе такой у нас скандал наворочу... - она боевито фыркнула. - А если, несмотря на это, кто-то в Опере решит ради доброго имени Оперы потихоньку вышвырнуть наводчика, я обещаю, что наскандалю и здесь, нисколько не жалея себя... Я ясно выразилась?
Последняя фраза несколько испортила эффект, так как была сказана не так, как учила бы ее Мама, а с всполохом искреннего беспокойства не наговорила ли она в пылу чувств неудобопонимаемого.
_________
* Сценаристку с ее таинственностями, по мнению Элли-Сью, хватало de jure сразу на три дамы, как минимум (писательницу, Квазимоду, и тщательно охраняемую настоящую самоличность).