Search
30 марта 2017 г. ..:: Книги » Библиотека (переводы книг) » Удивительный Морис и его ученые грызуны » Глава 7 ::..   Login
 Содержание и ссылки Minimize
Автор перевода: ole_yansen

К обложке

Открыть текст перевода целиком

Обсудить перевод на форуме



    

 Удивительный Морис и его ученые грызуны Minimize

Гла­ва 7

Из-за то­го, что Склиз­кий Змей про­каз­ни­чал с до­рож­ны­ми ука­зате­лями, мис­тер Зай­кин не по­нял, что сбил­ся с пу­ти. Он не шел на чай к Гор­ностаю Го­вар­ду. Он нап­равлял­ся пря­миком в Тем­ный Лес.

— Из «Прик­лю­чения мис­те­ра Зай­ки­на»

Ма­лиша пос­мотре­ла на отк­ры­тый люк так, как буд­то оце­нива­ла его по де­сяти­балль­ной шка­ле.

— Неп­ло­хо спря­тан, — за­мети­ла она. — Не­уди­витель­но, что мы его не за­мети­ли.

— Я не силь­но уда­рил­ся, — крик­нул Кит из тем­но­ты лю­ка.

— Хо­рошо, — ска­зала Ма­лиша, про­дол­жая ос­матри­вать люк. — Там глу­боко?

— Тут ка­кой-то под­вал. Я в по­ряд­ке, по­тому что при­зем­лился на ка­кие-то меш­ки.

— Хо­рошо, хо­рошо, не бу­дем боль­ше об этом го­ворить. Без не­боль­ших опас­ностей нет нас­то­яще­го прик­лю­чения, — ска­зала де­воч­ка. — Тут лест­ни­ца. По­чему ты ею не вос­поль­зо­вал­ся?

— Я не смог по при­чине па­дения ми­мо, — отоз­вался го­лос Ки­та.

— Мо­жет, мне снес­ти те­бя вниз? — спро­сила Ма­лиша Мо­риса.

— Мо­жет, мне вы­цара­пать те­бе гла­за? — в тон ей от­ве­тил кот.

Ма­лиша на­мор­щи­ла лоб. Она всег­да сер­ди­лась, ес­ли че­го-то не по­нима­ла.

— Это что, был сар­казм? — спро­сила она.

— Это был на­мек, — от­ве­тил Мо­рис. — Я не да­юсь «на руч­ки» нез­на­ком­цам. Спус­кай­ся вниз. Я пос­ле­дую за то­бой.

— Но твои но­ги не под­хо­дят для лест­ниц!

— Я что, де­лал ка­кие-ни­будь за­меча­ния о тво­их но­гах?

Ма­лиша спус­ти­лась во ть­му. Раз­дался ме­тал­ли­чес­кий звук, за­тем вспых­ну­ла спич­ка.

— Тут пол­но меш­ков! — ска­зала она.

— Я знаю, — ска­зал го­лос Ки­та. — Я на них при­зем­лился. Я уже го­ворил.

— Это зер­но! И… тут связ­ки и связ­ки кол­бас! Коп­че­ное мя­со! Кор­зи­ны ово­щей! Тут пол­но еды! Аааа! Уби­рай­ся из мо­их во­лос! Сле­зай! Этот кот прыг­нул мне на го­лову!

Мо­рис спрыг­нул с нее на ка­кие-то меш­ки.

— Ха! — ска­зала Ма­лиша, по­тирая го­лову. — Так зна­чит нам ска­зали, что все сож­ра­ли кры­сы. Те­перь-то мне все яс­но. Кры­соло­вы шас­та­ют пов­сю­ду, зна­ют всю ка­нали­зацию, все под­ва­лы… по­думать толь­ко, мы пла­тили этим во­рам из на­ших на­логов!

Мо­рис ос­мотрел под­вал, ос­ве­щен­ный мер­ца­ющим фо­нарем в Ма­лиши­ных ру­ках. Тут дей­стви­тель­но бы­ло пол­но еды. Сви­са­ющие с по­тол­ка сет­ки дей­стви­тель­но бы­ли на­биты боль­ши­ми, бе­лыми, тя­желы­ми ко­чана­ми ка­пус­ты. Вы­ше­упо­мяну­тые кол­ба­сы дей­стви­тель­но сви­сали с по­толоч­ных ба­лок. Тут дей­стви­тель­но сто­яли кув­ши­ны, боч­ки, меш­ки и меш­ки. И это дей­стви­тель­но его тре­вожи­ло.

— Вот оно как, — ска­зала Ма­лиша. — От­личный тай­ник! Мы пой­дем пря­миком в Стра­жу, расс­ка­жем, что мы наш­ли, и по­том нам всем да­дут по боль­шой чаш­ке чая со слив­ка­ми, и да­же, воз­можно, ме­даль, и…

— Не нра­вит­ся мне это, — ска­зал Мо­рис.

— По­чему?

— По­тому что я не­довер­чи­вый! Я бы не по­верил ва­шим кры­соло­вам, да­же ес­ли бы они ска­зали мне, что не­бо го­лубое. Что они сде­лали? Стиб­ри­ли еду и ска­зали: «Это все кры­сы, чест­ное сло­во»? И все им по­вери­ли?

— Нет, глу­пый. Лю­ди на­ходи­ли пог­ры­зен­ные кос­ти, пус­тую скор­лу­пу от яиц и все та­кое, — ска­зала Ма­лиша. — И кры­синый по­мет вок­руг!

— Ко­неч­но, мож­но сос­коблить кос­ти, и, ду­маю, кры­соло­вы мо­гут на­копать мно­го кры­сино­го по­мета, — пред­по­ложил Мо­рис.

— И они унич­то­жили всех нас­то­ящих крыс, что­бы им боль­ше дос­та­лось, — тор­жест­ву­юще ска­зала Ма­лиша. — Очень ум­но!

— Да, вот это ме­ня и сби­ва­ет с тол­ку, — ска­зал Мо­рис, — по­тому что мы ви­дели ва­ших кры­соло­вов, и, чест­но го­воря, да­же ес­ли бу­дет ид­ти дождь из фри­каде­лек, они не смо­гут най­ти се­бе вил­ку.

— Я тут по­думал кое-о чем, — ска­зал Кит, ко­торый все это вре­мя мы­чал что-то се­бе под нос.

— Что ж, я ра­да, что хоть кто-ни­будь этим за­нима­ет­ся, — отоз­ва­лась Ма­лиша.

— Я ду­мал о про­волоч­ной сет­ке, — про­дол­жил Кит. — Там в са­рае про­волоч­ная сет­ка.

— Это что, важ­но?

— За­чем кры­соло­вам ру­лоны про­волоч­ной сет­ки?

— От­ку­да мне знать? Мо­жет, что­бы де­лать клет­ки. Ка­кое это име­ет зна­чение?

— За­чем кры­соло­вам са­жать крыс в клет­ки? Ведь мерт­вые кры­сы ни­куда не убе­гут, вер­но?

От­ве­том бы­ла ти­шина. Мо­рис ви­дел, что Ма­лиша не в вос­торге от за­меча­ния. Это бы­ло лиш­нее ус­ложне­ние, ко­торое толь­ко пор­ти­ло ис­то­рию.

— Я мо­жет и глу­по выг­ля­жу, — до­бавил Кит, — но я не глу­пый. У ме­ня есть вре­мя по­думать о ве­щах, по­тому что я не бол­таю все вре­мя. Я наб­лю­даю. Слу­шаю. Пы­та­юсь по­нять. Я…

— Я не бол­таю все вре­мя!

Мо­рис ос­та­вил их пре­пирать­ся и прок­рался в угол под­ва­ла. Или под­ва­лов. По­хоже, что они тя­нулись да­леко. Он уви­дел, как что-то мет­ну­лось в те­ни и чис­то инс­тин­ктив­но прыг­нул. Его же­лудок вспом­нил, что со вре­мени пос­ледней мы­ши прош­ло уже мно­го вре­мени, и под­со­еди­нил­ся нап­ря­мую к но­гам.

— Хо­рошо, — ска­зал он из­ви­ва­ющей­ся в ла­пах до­быче, — го­вори, или…

Ма­лень­кая трость очень боль­но уда­рила его, но но­су.

— Ты что, не ви­дишь? — ска­зал Сар­ди­ны, пы­та­ясь встать.

— Ду за­чеб же ты дак! — про­бор­мо­тал Мо­рис, ста­ра­ясь лиз­нуть сад­ня­щий нос.

— На мне ркрклк ШЛЯ­ПА! — от­ре­зал Сар­ди­ны. — Ты во­об­ще смот­рел или как?

— Ну го­рошо, го­рошо, из­ви­ди… ты за­чем при­шел?

Сар­ди­ны от­ряхнул­ся.

— Я ис­кал те­бя или маль­чи­ка с глу­пым ли­цом, — ска­зал он. — Ме­ня пос­лал Око­рок! У нас неп­ри­ят­ности! Ты прос­то не по­веришь, что мы наш­ли!

— Он пос­лал за мной? — спро­сил Мо­рис. — Я ду­мал, что он ме­ня тер­петь не мо­жет.

— Ну, он ска­зал, так как это гад­ко и зло, те­бе бу­дет вид­нее, что де­лать, босс, — ска­зал Сар­ди­ны, сни­мая шля­пу. — Ты толь­ко пос­мотри на это. Твой ко­готь про­дыря­вил ее наск­возь!

— Но я же спро­сил, мо­жешь ли ты го­ворить, прав­да? — ска­зал Мо­рис.

— Да, спро­сил, но…

— Я всег­да спра­шиваю!

— Я знаю, но…

— Что ка­са­ет­ся про­вер­ки, я очень пунк­ту­аль­ный, ты же зна­ешь!

— Да, да, я те­бя по­нял и ве­рю те­бе, — ска­зал Сар­ди­ны. — Я прос­то жа­лу­юсь по по­воду шля­пы!

— Я не­нави­жу, ког­да кто-ли­бо ду­ма­ет, что я не спра­шиваю, — ска­зал Мо­рис.

— Ну и до­воль­но об этом, — пе­ребил его Сар­ди­ны. — А где маль­чик?

— Да вон, раз­го­вари­ва­ет с дев­чонкой, — уг­рю­мо ска­зал Мо­рис.

— Что, с этой су­мас­шедшей?

— Да, с нею.

— Луч­ше возь­ми их с со­бой. Там нас­то­ящее зло. На дру­гом кон­це этих под­ва­лов есть дверь. Я удив­ля­юсь, как ты ее не уню­хал от­сю­да!

— Я прос­то хо­чу, что­бы каж­дый знал, что я спра­шиваю, толь­ко и все­го…

— Босс, — ска­зал Сар­ди­ны, — это серь­ез­но!

 

Пер­си­ки и Опас­ные Бо­бы жда­ли пос­ланный на раз­ведку от­ряд. С ни­ми сто­ял Ток­си, мо­лодая кры­са, ко­торая хо­рошо чи­тала. За это его час­то ис­поль­зо­вали в ка­чест­ве по­мощ­ни­ка.

Пер­си­ки прих­ва­тила с со­бой «Прик­лю­чение мис­те­ра Зай­ки­на».

— Что-то их дол­го нет, — ска­зал Ток­си.

— За­гар про­веря­ет каж­дый шаг, — от­ве­тила Пер­си­ки.

— Что-то здесь не так, — отк­лик­нулся Опас­ные Бо­бы. Его нос по­шеве­лил­ся.

Вы­бежав­шая из тон­не­ля кры­са, бе­шено их рас­толкав, про­тис­ну­лась ми­мо.

Опас­ные Бо­бы по­нюхал воз­дух.

— Страх, — ска­зал он.

Еще три кры­сы про­тис­ну­лись ми­мо, сбив его с ног.

— Что про­ис­хо­дит? — спро­сила Пер­си­ки у дру­гой кры­сы, ко­торая в по­пыт­ке про­тис­нуть­ся ми­мо раз­верну­ла ее вок­руг оси. Та писк­ну­ла на нее и за­торо­пилась прочь.

— Это бы­ла Пре­вос­ходная. По­чему она не от­ве­тила?

— Боль­ше… стра­ха, — ска­зал Опас­ные Бо­бы. — Они… ис­пу­ган­ны. В ужа­се…

Ток­си по­пытал­ся ос­та­новить сле­ду­ющую кры­су, но та уку­сила его и убе­жала, по­виз­ги­вая.

— Нам нуж­но отой­ти на­зад, — нас­той­чи­во ска­зала Пер­си­ки. — Кто зна­ет, что они там наш­ли. Мо­жет, там хо­рек!

— Не мо­жет быть! — ска­зал Ток­си. — Око­рок убил хорь­ка од­нажды!

Во­лоча за со­бой шлейф стра­ха, про­бежа­ли еще три кры­сы. Од­на из них что-то крик­ну­ла Пер­си­кам, что-то бе­шено про­вере­щала Опас­ным Бо­бам и по­бежа­ла даль­ше.

— Они… они за­были как го­ворить… — про­шеп­тал Опас­ные Бо­бы.

— На­вер­ное, их на­пуга­ло что-то ужас­ное! — ска­зала Пер­си­ки, пы­та­ясь соб­рать свои за­писи.

— Они ни­ког­да не бы­ли так на­пуга­ны! — ска­зал Ток­си. — Пом­ни­те, что слу­чилось, ког­да нас наш­ла та со­бака? Мы все бы­ли ис­пу­ганы, но мы го­вори­ли, и мы пой­ма­ли ее в ло­вуш­ку, она уш­ла от Око­рока пос­ку­ливая…

К сво­ему пот­ря­сению Пер­си­ки за­мети­ла, что Опас­ные Бо­бы пла­чет.

— Они за­были, как го­ворить.

Пол­дю­жины крыс, по­пис­ки­вая, про­тис­ну­лись ми­мо них. Пер­си­ки по­пыта­лась ос­та­новить од­ну, но та писк­ну­ла на нее и вы­вер­ну­лась.

— Это бы­ла Че­тыре­пор­ции! — ска­зала она, по­вер­нувшись к Ток­си. — Я го­вори­ла с ней ка­ких-то пол­ча­са на­зад! Она… Ток­си?

Шерсть Ток­си под­ня­лась ды­бом. Его взгляд рас­фо­куси­ровал­ся. Рот отк­рыл­ся, об­на­жив зу­бы. Он ус­та­вил­ся на нее, или сквозь нее, по­том раз­вернул­ся и по­бежал.

Она по­вер­ну­лась, и сомк­ну­ла ла­пы вок­руг Опас­ных Бо­бов. И вол­на стра­ха нак­ры­ла их.

 

Там бы­ли кры­сы. От по­ла до по­тол­ка, от од­ной сте­ны до дру­гой, все бы­ло за­пол­не­но ими. Клет­ки бы­ли на­биты бит­ком, кры­сы сви­сали с про­волоч­ных сте­нок и по­тол­ков. Про­воло­ка про­гиба­лась под их ве­сом. Лос­ня­щи­еся те­ла ки­шели, ла­пы и но­сы про­совы­вались че­рез ре­шет­ку. Воз­дух сгус­тился от пис­ка, шур­ша­ния и чи­риканья. И еще за­пах.

Ос­татки раз­ве­дыва­тель­но­го от­ря­да Око­рока сгру­дились в цент­ре по­ла. Боль­шинс­тво к это­му вре­мени уже убе­жало. Ес­ли бы за­пахи в этой ком­на­те бы­ли зву­ками, это бы­ли бы воп­ли и кри­ки, ты­сячи кри­ков. Они за­пол­ни­ли длин­ную ком­на­ту ка­ким-то стран­ным нап­ря­жени­ем. Да­же Мо­рис его по­чувс­тво­вал, сра­зу же пос­ле то­го, как Кит вы­бил дверь. Это бы­ло по­хоже на го­лов­ную боль сна­ружи го­ловы, ко­торая пы­та­ет­ся про­ник­нуть внутрь. Она да­вила на ба­рабан­ные пе­репон­ки.

Мо­рис сто­ял нем­но­го по­зади всех. Не нуж­но бы­ло мно­го ума, что­бы по­нять, что си­ту­ация отв­ра­титель­на и к то­му же в лю­бой мо­мент мо­жет пот­ре­бовать­ся дать не­боль­шо­го стре­кача.

Меж­ду но­гами впе­реди сто­ящих он уви­дел За­гара, Око­рока и дру­гих Из­ме­нив­шихся. Они сто­яли пос­ре­ди ком­на­ты и смот­ре­ли на клет­ки.

С удив­ле­ни­ем Мо­рис за­метил, что Око­рок дро­жит. Од­на­ко это бы­ла дрожь ярос­ти.

— Вы­пус­ти их! — крик­нул тот Ки­ту. — Вы­пус­ти их всех! — Вы­пус­ти их всех не­мед­ленно!

— Еще од­на го­воря­щая кры­са? — уди­вилась Ма­лиша.

— Вы­пус­ти их! — кри­чал Око­рок.

— Ка­кие ужас­ные клет­ки… — ска­зала Ма­лиша, ог­ля­дыва­ясь.

— Я же го­ворил о про­волоч­ной сет­ке, — на­пом­нил Кит. — Смот­ри, она по­чине­на в не­кото­рых мес­тах… они прог­рызли сет­ку, что­бы сбе­жать!

— Я ска­зал, вы­пус­ти их! — кри­чал Око­рок. — Вы­пус­ти их или я те­бя убью! Злые! Злые! Злые!

— Но они все­го лишь кры­сы… — ска­зала Ма­лиша.

Око­рок прыг­нул и за­цепил­ся на ее одеж­ду, а по­том вска­раб­кался к шее. Ма­лиша зас­ты­ла. Он про­шипел:

— Кры­сы там едят друг дру­га! Я те­бя заг­ры­зу, ты, злая…

Ру­ка Ки­та креп­ко ох­ва­тила его вок­руг та­лии и сня­ла с шеи де­воч­ки.

По­виз­ги­вая, шерсть ды­бом, Око­рок пог­ру­зил зу­бы в па­лец Ки­та.

Ма­лиша ох­ну­ла. Да­же Мо­рис от­шатнул­ся.

Око­рок в ужа­се при­щурил­ся, от­ки­нув го­лову на­зад. По его мор­де кап­ля­ми сте­кала кровь.

Гла­за Ки­та на­пол­ни­лись сле­зами. Очень ос­то­рож­но он пос­та­вил Око­рока на пол.

— Это все из-за за­паха, — ти­хо ска­зал он. — Он их разд­ра­жа­ет.

— Я… я ду­мала, ты го­ворил, что они руч­ные! — ска­зала Ма­лиша, ког­да на­конец об­ре­ла дар ре­чи. Она по­доб­ра­ла де­ревяш­ку, прис­ло­нен­ную к клет­ке.

Кит вы­бил пал­ку из ее ру­ки.

— Ни­ког­да, ни­ког­да, не уг­ро­жай ни­кому из нас!

— Он на те­бя на­пал!

— Ог­ля­нись! Это не расс­каз! Это ре­аль­ность! По­нима­ешь? Они на­пуга­ны до по­тери рас­судка!

— Как ты сме­ешь со мной так раз­го­вари­вать? — крик­ну­ла Ма­лиша.

— Я рркркрк смею!

— Ни­кому из нас, да? А это что, бы­ло кры­синое ру­гатель­ство? Ты да­же ру­га­ешь­ся на кры­сином язы­ке, да, кры­синый маль­чик?

Пря­мо как ко­ты, по­думал Мо­рис. Сто­ят ли­цом к ли­цу и орут друг на дру­га. Его уши дрог­ну­ли, ког­да он ус­лы­шал дру­гой, уда­лен­ный звук. Кто-то спус­кался по лест­ни­це. Мо­рис по опы­ту знал, что на раз­го­вор с людь­ми не­ту вре­мени. Они всег­да го­ворят что-то вро­де: «Что?», или «Не мо­жет быть!» или «Где?»

— Уби­рай­ся от­сю­да не­мед­ленно, — ска­зал он, про­бегая ми­мо За­гара. — Не де­лай из се­бя че­лове­ка, прос­то бе­ги!

Он ре­шил, что с не­го дос­та­точ­но ге­ро­из­ма. Не сле­ду­ет поз­во­лять дру­гим се­бя за­дер­жи­вать, оно то­го не сто­ит.

В сте­не он уви­дел от­верс­тие для во­дос­то­ка, прик­ры­тое ста­рой ржа­вой же­лез­ной ре­шет­кой. Мо­рис зас­коль­зил по слиз­ко­му по­лу, из­ме­няя нап­равле­ние, и, да, уви­дел под­хо­дящую ды­ру, как раз под раз­мер Мо­риса там где од­на из пе­рек­ла­дин ре­шет­ки раз­ру­шилась от ржав­чи­ны. Ла­пы за­цара­пали по по­лу, на­бирая ско­рость он мет­нулся в ды­ру, и как раз вов­ре­мя — кры­соло­вы вош­ли в ком­на­ту с клет­ка­ми. Там, в бе­зопас­ной тем­но­те, он раз­вернул­ся и выг­ля­нул на­ружу.

По­ра про­верить­ся. Мо­рис в бе­зопас­ности? Все ла­пы на мес­те? Хвост? Да. Хо­рошо.

Он ви­дел, как За­гар тя­нет Око­рока, ко­торый, по­хоже, ос­толбе­нел. Дру­гие то­роп­ли­во уди­рали к сто­ку, рас­по­ложен­но­му в про­тиво­полож­ной сте­не. Они дви­гались не­уве­рен­но. «Вот что слу­ча­ет­ся, ес­ли поз­во­ля­ешь се­бе расс­ла­бит­ся», по­думал Мо­рис. «Они го­вори­ли, что они уче­ные гры­зуны, но заг­нанная в угол кры­са — это прос­то кры­са.

Но не я, я дру­гой. Мозг ра­бота­ет от­лично. Все вре­мя нас­то­роже. Всег­да в кур­се, чу­ет, ку­да ве­тер ду­ет.»

Кры­сы в клет­ках под­ня­ли шум. Кит и расс­ка­зыва­ющая-сказ­ки де­воч­ка с изум­ле­ни­ем смот­ре­ли на кры­соло­вов. Да и кры­соло­вы бы­ли из­рядно удив­ле­ны.

На по­лу За­гар ос­та­вил по­пыт­ки сдви­нуть Око­рока с мес­та. Он об­на­жил свою шпа­гу, пос­мотрел на лю­дей, по­коле­бал­ся, и по­бежал в сто­рону сто­ка.

«Пра­виль­но, пусть са­ми раз­би­ра­ют­ся. Все они лю­ди», ду­мал Мо­рис. «У них есть моз­ги, они мо­гут го­ворить, так что проб­лем быть не долж­но.

Ха! Расс­ка­жи им сказ­ку, расс­ка­зыва­ющая-сказ­ки де­воч­ка.»

Пер­вый Кры­солов ус­та­вил­ся на Ма­лишу и Ки­та.

— Что вы здесь де­ла­ете, мисс? — спро­сил он скри­пучим от по­доз­ре­ния го­лосом.

— Иг­ра­ете в па­пу с ма­мой? — ве­село спро­сил дру­гой кры­солов.

— Вы вло­мились в наш са­рай, — ска­зал Пер­вый Кры­солов. — Это на­зыва­ет­ся «взлом», вот как!

— А вы во­рова­ли, да, во­рова­ли еду, и все сва­лива­ли на крыс! — от­ре­зала Ма­лиша. — И за­чем вам все эти кры­сы в клет­ках? А что нас­чет пис­тончи­ков, а? Не ожи­дали, да? Ду­мали, их ник­то не за­метит?

— Пис­тончи­ки? — пе­респ­ро­сил Пер­вый Кры­солов, смор­щив лоб.

— Ма­лень­кие шту­ки на кон­це бо­тиноч­ных шнур­ков, — про­бор­мо­тал Кит.

Пер­вый Кры­солов раз­вернул­ся.

— Ты чер­тов ту­пица, Билл! Я же го­ворил что нас­то­ящих хвос­тов бу­дет дос­та­точ­но! Я же го­ворил что кто-то мо­жет за­метить! Раз­ве я не го­ворил что кто-то мо­жет за­метить? И вот, по­жалуй­ста, кто-то за­метил!

— Не ду­май­те, что вам удаст­ся от­вертеть­ся! — ска­зала Ма­лиша. Ее гла­за свер­ка­ли. — Я знаю — вы прос­то за­бав­ные гро­милы. Толс­тый и тон­кий — как и долж­но быть! Итак, кто же боль­шой босс?

Гла­за пер­во­го кры­соло­ва слег­ка ос­текле­нели, что, впро­чем, час­то слу­чалось, ког­да Ма­лиша раз­го­вари­вала с людь­ми. Он пог­ро­зил ей толс­тым паль­цем.

— Ты зна­ешь, что сот­во­рил твой отец? — ска­зал он.

— Вот, вот! И го­ворит он как за­бав­ный гро­мила! — воз­ли­кова­ла Ма­лиша. — Про­дол­жай!

— Он нак­ли­кал на нас Ду­доч­ни­ка! — ска­зал Вто­рой Кры­солов. — Это бу­дет сто­ить це­лого сос­то­яния! Три сот­ни дол­ла­ров с го­рода, и ес­ли не зап­ла­тить, ду­доч­ник очень оби­дит­ся!

«О, черт», — по­думал Мо­рис. — «Кто-то нак­ли­кал нас­то­яще­го… три сот­ни дол­ла­ров. Три сот­ни дол­ла­ров? Три сот­ни дол­ла­ров? А мы про­сили толь­ко трид­цать!»

— Это ты, не так ли? — ска­зал Пер­вый Кры­солов, гро­зя паль­цем Ки­ту. — Глу­пого ви­да маль­чиш­ка! Ты тут по­явил­ся, и вне­зап­но объ­яв­ля­ют­ся эти но­вые кры­сы! Есть в те­бе что-то та­кое, что мне не нра­вит­ся! Ты со сво­им стран­ным ко­том! Ес­ли я уви­жу это­го ко­та еще раз, вот бу­дут ме­ховые ру­кави­цы!

В тем­но­те сто­ка Мо­рис съ­ежил­ся, пы­та­ясь ка­зать­ся мень­ше.

— Хах, хах, хах, — ска­зал Вто­рой Кры­солов.

«На­вер­ное, го­лово­резы где-то обу­ча­ют­ся это­му сме­ху «, — по­думал Мо­рис.

— И у нас не­ту бос­са, — ска­зал Пер­вый Кры­солов.

— Ага, мы са­ми се­бе на­чаль­ни­ки, — ска­зал вто­рой.

И пос­ле это­го сказ­ка пош­ла сов­сем не так, как ожи­далось.

— А вы, мисс, — ска­зал Пер­вый Кры­солов, по­вора­чива­ясь к Ма­лише, — че­рес­чур наг­ло се­бя ве­дете.

Он мах­нул ку­лаком. От уда­ра де­воч­ка взле­тела в воз­дух и уда­рилась о клет­ки. Кры­сы обе­зуме­ли, клет­ки взор­ва­лись бе­шеной ак­тивностью, ког­да она тя­жело осе­ла на зем­лю.

Кры­солов по­вер­нулся к Ки­ту.

— Хо­чешь поп­ро­бовать что-то сде­лать, па­рень? Хо­чешь поп­ро­бовать что-то сде­лать? Она де­вуш­ка, и по­тому я был с нею добр, но те­бя я по­сажу в од­ну из кле­ток…

— Ага, мы их се­год­ня не кор­ми­ли! — до­воль­но ска­зал Вто­рой Кры­солов.

«Да­вай, ма­лыш!» — по­думал Мо­рис. — «Сде­лай же что-ни­будь

Но Кит прос­то сто­ял и смот­рел на кры­соло­вов.

Пер­вый кры­солов оки­нул его през­ри­тель­ным взгля­дом.

— Что тут у те­бя, па­рень? Флей­та? Дай ее сю­да!

Он сор­вал флей­ту с по­яса Ки­та и толк­нул его на пол.

— Гро­шовая флей­та? Ду­ма­ешь, что ты ду­доч­ник, да?

Пер­вый кры­солов раз­ло­мал флей­ту на­попо­лам, и выб­ро­сил кус­ки в кры­синую клет­ку.

— Слы­хал, го­ворят, что в Поркскрат­ченце Ду­доч­ник увел из го­рода всех де­тей. Вот здра­вомыс­ля­щий че­ловек!

Кит пог­ля­дел на не­го сни­зу вверх. Его гла­за су­зились. Он под­нялся на но­ги.

«Ну вот, сей­час» — по­думал Мо­рис. Он прыг­нет впе­ред с не­чело­вечес­кой си­лой, по­тому что разъ­ярен. И они по­жале­ют, что ро­дились на свет…

Кит прыг­нул впе­ред с си­лой обыч­но­го че­лове­ка, на­нес удар Пер­во­му Кры­соло­ву и был бро­шен на пол силь­ным, гру­бым, сок­ру­шитель­ным уда­ром.

«Хо­рошо, его сби­ли с ног» — ду­мал Мо­рис, по­ка Кит бо­рол­ся за ды­хание, — «но он под­ни­мет­ся опять».

Раз­дался прон­зи­тель­ный крик и Мо­рис по­думал: «Ага!»

Но крик шел не со сто­роны хри­пяще­го Ки­та. Се­рый си­лу­эт бро­сил­ся с вер­хушки кле­ток пря­мо в ли­цо кры­соло­ву. Он при­зем­лился зу­бами впе­ред и кровь хлы­нула из но­са муж­чи­ны.

«Ага!» — опять по­думал Мо­рис, — «Око­рок спе­шит на по­мощь! Что? Мрилп! Я ду­маю, как дев­чонка! Я ду­маю об этом, как о расс­ка­зе!»

Кры­солов ух­ва­тил на­падав­ше­го и тот по­вис на хвос­те на расс­то­янии вы­тяну­той ру­ки. Око­рок из­ги­бал­ся и из­во­рачи­вал­ся, виз­жа от ярос­ти. Кры­солов на мгно­вение кос­нулся но­са сво­бод­ной ру­кой и стал наб­лю­дать, как Око­рок пы­та­ет­ся ос­во­бодить­ся.

— А он бо­ец, — за­метил Вто­рой Кры­солов. — Как ему уда­лось выб­рать­ся?

— Это не наш, — ска­зал Пер­вый Кры­солов. — Он ры­жий.

— Ры­жий? И что же в нем та­кого ры­жего?

— Ры­жая кры­са — это вид се­рой кры­сы. И ты бы очень хо­рошо это знал, ес­ли бы был та­ким же во­пыт­ным чле­ном Гиль­дии, как и я. Они тут не жи­вут. Во­дят­ся в до­линах. Не ожи­дал най­ти од­ну из них здесь. Очень стран­но. Ко­неч­но, он ста­рый гряз­ный черт. Но бо­евой.

— У те­бя весь нос в кро­ви.

— Ага. Я знаю. Я по­лучил боль­ше кры­синых уку­сов, чем ты — го­рячих обе­дов. Я их боль­ше не чувс­твую, — ска­зал Пер­вый Кры­солов го­лосом, ко­торый зас­тавлял уве­ровать, что ему бо­лее ин­те­ресен из­ви­ва­ющий­ся, виз­жа­щий Око­рок, чем кол­ле­га.

— У ме­ня на обед бы­ла толь­ко хо­лод­ная со­сис­ка.

— Вот ты ка­кой. Ма­лень­кий во­ин, ко­неч­но. Нас­то­ящий дь­яво­ленок, прав­да? Очень храб­рый.

— При­ят­но, что ты так ду­ма­ешь.

— Я раз­го­вари­ваю с кры­сой, мис­тер.

Он пнул Ки­та бо­тин­ком.

— Свя­жи этих дво­их где-ни­будь, хо­рошо? По­ка по­дер­жим их в од­ном из под­ва­лов. С хо­рошей дверью. И хо­рошим зам­ком. Без удоб­ных люч­ков. А ключ ты от­дашь мне.

— Она — доч­ка мэ­ра, — ска­зал Вто­рой Кры­солов. — Мэ­ры очень расс­тра­ивают­ся из-за до­черей.

— Зна­чить, он сде­ла­ет то, что ему ска­жут, вер­но?

— Что ты бу­дешь де­лать с этой кры­сой, раз­да­вишь?

— Что, та­кого бой­ца? Ты шу­тишь? Из-за та­кого об­ра­за мыс­лей ты про­будешь по­мощ­ни­ком кры­соло­ва всю свою жизнь. У ме­ня есть идея по­луч­ше. Сколь­ко их там в осо­бой клет­ке?

Мо­рис смот­рел, как Вто­рой Кры­солов про­шел к од­ной из кле­ток воз­ле даль­ней сте­ны.

— Ос­та­лось толь­ко две кры­сы. Они съ­ели ос­таль­ных чет­ве­рых. Толь­ко шку­ра ос­та­лась. Очень ак­ку­рат­ные.

— Ага, зна­чить они бу­дут пол­ны энер­гии и на­пора. Ну, да­вай пос­мотрим, что они с ним сде­ла­ют?

Мо­рис ус­лы­шал, как ма­лень­кая про­волоч­ная двер­ца отк­ры­лась и сно­ва зах­лопну­лась.

Все вок­руг бы­ло крас­ным. Баг­ря­нец за­волок зре­ние Око­рока. Он был зол на про­тяже­нии ме­сяцев, глу­боко внут­ри, зол на лю­дей, зол на яды и кап­ка­ны, зол на то, что мо­лодые кры­сы не по­казы­ва­ют поч­те­ния, зол на то, что мир из­ме­ня­ет­ся так быст­ро, зол на то, что ста­рость подк­ра­лась так не­замет­но… И сей­час за­пахи ужа­са, го­лода и жес­то­кос­ти встре­тились с злостью, дви­га­ющей­ся в про­тиво­полож­ном нап­равле­нии, они сме­шались вмес­те и те­перь тек­ли че­рез Око­рока бур­ной баг­ро­вой ре­кой ярос­ти. Он был кры­сой, заг­нанной в угол. Но эта заг­нанная в угол кры­са мог­ла ду­мать. Он всег­да был жес­то­ким бой­цом, за­дол­го до то­го, как на­учил­ся ду­мать, и он все еще очень си­лен. Па­роч­ка ту­пых, са­мо­уве­рен­ных мо­лодых ки­ики, ли­шен­ных так­ти­ки, опы­та низ­ко­го-и-гряз­но­го под­валь­но­го боя, лов­ко­го ма­нев­ри­рова­ния и мыс­лей, во­об­ще не воп­рос. Ку­вырок, по­ворот и па­ра уку­сов, вот и все…

Кры­сы в расс­тав­ленных по под­ва­лу клет­ках отп­рыг­ну­ли от про­волоч­ной сет­ки. Да­же они по­чувс­тво­вали ярость.

— Ка­кой лов­кий маль­чик, — вос­хи­щен­но ска­зал Пер­вый Кры­солов, ког­да все бы­ло за­кон­че­но. — Я най­ду те­бе при­мене­ние, па­ренек.

— Не яма? — спро­сил Вто­рой Кры­солов.

— Да, яма.

— Се­год­ня ве­чером?

— Ага, За­тей­ник Ар­тур сде­лал став­ку на то, что его Джэ­ко убь­ет сот­ню крыс мень­ше чем за чет­верть ча­са.

— Спо­рю, что он смо­жет. Джэ­ко хо­роший терь­ер. Нес­коль­ко ме­сяцев на­зад он убил де­вянос­то, и За­тей­ник Ар­тур про­дол­жа­ет его тре­ниро­вать. Бу­дет неп­ло­хое предс­тав­ле­ние.

— Ты бы то­же пос­та­вил на Джэ­ко, прав­да? — спро­сил Пер­вый Кры­солов.

— Ко­неч­но. Лю­бой бы пос­та­вил.

— Да­же с на­шим ма­лень­ким дру­гом сре­ди крыс? Пол­ным ми­лой зло­бы и ки­пящей жел­чи?

— Ну, э…

— Ага, то-то же, — ух­мыль­нул­ся Пер­вый Кры­солов.

— Но я бы не хо­тел ос­тавлять этих де­тей здесь.

— Не «этих де­тей», а «эн­тих де­тей». Про­из­но­си пра­виль­но. Сколь­ко раз я те­бе го­ворил? Гиль­дей­ское пра­вило 27: го­вори как ту­пица. Лю­ди с по­доз­ре­ни­ем от­но­сят­ся к кры­соло­вам, ко­торые го­ворят слиш­ком пра­виль­но.

— Из­ви­ни.

— Го­вори как ту­пица, будь ум­ным. Вот как это де­ла­ет­ся, — ска­зал Пер­вый кры­солов.

— Из­ви­ни, я за­был.

— А ты все де­ла­ешь на­обо­рот.

— Из­ви­ни. Эн­тих де­тей. Свя­зывать лю­дей жес­то­ко. А они все­го лишь де­ти.

— Ну и что?

— А то, что зна­читель­но лег­че бу­дет спус­тить их по тун­не­лю до ре­ки, уда­рить по го­лове и бро­сить в во­ду. Преж­де чем их кто-то вы­ловит, они проп­лы­вут вниз по ре­ке ми­ли. И, ког­да ры­бы с ни­ми за­кон­чат, их на­вер­ня­ка не­воз­можно бу­дет уз­нать.

Мо­рис ус­лы­шал па­узу в раз­го­воре. По­том Пер­вый Кры­солов ска­зал:

— Я и не знал, что ты та­кой доб­ро­сер­дечный, Билл.

— Так и есть, и у ме­ня идея… из­ви­ни, мыс­ля, как нам от­де­лать­ся от эн­то­го ду­доч­ни­ка…

От­ку­да-то при­летел дру­гой го­лос. Он зву­чал как шум вет­ра и, в серд­це это­го вет­ра, чей-то стон бо­ли. Он за­пол­нил воз­дух.

- Нет! Мы мо­жем ис­поль­зо­вать ду­доч­ни­ка!

— Нет, мы мо­жем ис­поль­зо­вать ду­доч­ни­ка, — ска­зал Пер­вый Кры­солов.

— И прав­да, — сог­ла­сил­ся вто­рой Кры­солов. — Я как раз по­думал о том же. Э… как же мы мо­жем ис­поль­зо­вать ду­доч­ни­ка?

И опять Мо­рис ус­лы­шал в го­лове го­лос, как ве­тер, ду­ющий че­рез пе­щеру.

- Раз­ве это не ОЧЕ­ВИД­НО?

— Раз­ве это не оче­вид­но? — ска­зал Пер­вый Кры­солов.

— Ага, оче­вид­но, — про­бор­мо­тал Вто­рой Кры­солов. — Оче­вид­ней оче­вид­но­го. Ээ…

Мо­рис смот­рел, как кры­соло­вы отк­ры­ли нес­коль­ко кле­ток, вы­тащи­ли от­ту­да крыс и бро­сили в сум­ки. В от­дель­ную сум­ку бро­сили Око­рока. И ког­да кры­соло­вы уш­ли, ута­щив с со­бой дру­гих лю­дей, Мо­рис по­думал: где же в этом ла­бирин­те под­ва­лов най­ти ды­ру раз­ме­ром с Мо­риса?

Кош­ки не мо­гут ви­деть в тем­но­те. Что они мо­гут, так это ви­деть при очень сла­бом ос­ве­щении. Жал­кий кло­чок лун­но­го све­та про­сочил­ся в прост­ранс­тво за Мо­рисом. Он шел че­рез ма­лень­кое от­верс­тие в по­тол­ке, по раз­ме­ру ед­ва ли для мы­ши, и ко­неч­но, слиш­ком ма­лень­кое для Мо­риса, да­же ес­ли ему удаст­ся ту­да доб­рать­ся.

Луч ос­ве­тил дру­гой под­вал. Он выг­ля­дел так, как буд­то кры­соло­вы ис­поль­зо­вали его то­же — в уг­лу сва­лено нес­коль­ко бо­чек, гро­моз­ди­лись ки­пы сло­ман­ных кры­синых кле­ток. Мо­рис ос­то­рож­но ос­мотрел под­вал в по­ис­ках дру­гого вы­хода. Тут бы­ли две­ри, но они бы­ли с руч­ка­ми. Да­же его мо­гучий мозг не мог раз­га­дать за­гад­ку по­вора­чива­ющих­ся двер­ных ру­чек[19*].

Тут бы­ла еще од­на сточ­ная ре­шет­ка в сте­не. Мо­рис про­тис­нулся че­рез нее.

Еще один под­вал. Еще боль­ше ко­робок и меш­ков. Но, хо­тя бы, су­хой.

Го­лос за спи­ной спро­сил: «Что ты та­кое

Мо­рис раз­вернул­ся. Все, что он мог разг­ля­деть, это ящи­ки и меш­ки. Воз­дух пах кры­сами, раз­да­валось шур­ша­ние и, вре­мя от вре­мени, приг­лу­шен­ный писк. Но по срав­не­нию с ком­на­той, где сто­яли клет­ки, здесь был рай не­бес­ный.

Го­лос зву­чал из-за спи­ны, не так ли? Он его слы­шал, прав­да? По­тому что ему по­каза­лось, что это бы­ла па­мять о го­лосе, неч­то, воз­ни­ка­ющее у не­го в го­лове, ми­нуя пот­ре­пан­ные уши. То же бы­ло и с кры­соло­вами. Они го­вори­ли так, как буд­то слы­шали го­лос, и ду­мали что это их собс­твен­ные мыс­ли. Ведь на са­мом де­ле го­лоса не бы­ло, не так ли?

— Я те­бя не ви­жу, — ска­зала па­мять, — я не знаю, кто ты та­кой.

Для па­мяти это был не очень при­ят­ный го­лос. Он ши­пел и про­никал в мозг по­доб­но кин­жа­лу.

— По­дой­ди бли­же.

Ла­пы Мо­риса на­чали по­дер­ги­вать­ся. Мус­ку­лы на­чали дви­гать его впе­ред. Он вы­пус­тил ког­ти и опять об­рел са­моконт­роль. «Кто-то пря­чет­ся сре­ди ящи­ков», — по­думал он. И за­гово­рить сей­час бу­дет не очень удач­ной иде­ей. Лю­ди стран­но ре­аги­ру­ют на го­воря­щих ко­тов. Нель­зя расс­чи­тывать на то, что все бу­дут та­кими же су­мас­шедши­ми, как де­воч­ка, расс­ка­зыва­ющая сказ­ки.

— По­дой­ди БЛИ­ЖЕ.

Го­лос тя­нул его к се­бе. Нуж­но что-ни­будь ска­зать.

— Спа­сибо, мне и тут неп­ло­хо, — ска­зал Мо­рис.

— Тог­да, мо­жет, раз­де­лишь на­шу БОЛЬ?

Пос­леднее сло­во жа­лило. Но, на удив­ле­ние, бы­ло не очень боль­но. Го­лос зву­чал рез­ко и дра­матич­но, как буд­то вла­делец же­лал ви­деть, как Мо­рис ка­та­ет­ся по по­лу от бо­ли. Но вмес­то это­го он по­чувс­тво­вал укол го­лов­ной бо­ли, ко­торая быст­ро прош­ла.

Ког­да го­лос заз­ву­чал сно­ва, в нем пос­лы­шались нот­ки не­дове­рия.

— Что ты за су­щест­во? Твой ра­зум НЕП­РА­ВИЛЬ­НЫЙ.

— Я пред­по­читаю го­ворить «уди­витель­ный», — ска­зал Мо­рис. — Од­на­ко кто ты, за­да­ющий мне воп­ро­сы во мра­ке?

Его нос чувс­тво­вал толь­ко за­пах крыс. Он ус­лы­шал сла­бый звук сле­ва и уви­дел си­лу­эт ог­ромной кры­сы, под­полза­ющей к не­му.

Еще один звук зас­та­вил его по­вер­нуть­ся. Еще од­на кры­са приб­ли­жалась с дру­гой сто­роны. В по­лум­ра­ке он раз­ли­чал толь­ко си­лу­эт.

Шур­ша­ние впе­реди уве­рило его в том, что от­ту­да то­же дви­жет­ся кры­са, ти­хо сколь­зя сквозь тем­но­ту.

— Вот идут мои гла­за… ЧТО? КОТ! КОТ! УБИТЬ!





  1. (Прим. пе­ревод.) На­мек на сце­ну из кни­ги «Soul Music» (у нас пе­рево­дилась как «Му­зыка ду­ши» или «Ро­ковая му­зыка»), ког­да рок-му­зыкант Глод пы­тал­ся отк­рыть дверь, на­ходясь под дей­стви­ем ка­пуст­но­го пи­ва. «Глод смот­рел на руч­ку две­ри. Это бы­ла руч­ка две­ри. Вы бе­ретесь за нее ру­кой. Но что долж­но пос­ле­довать за­тем? 'Двер­ная руч­ка', — ска­зал он, прос­то на слу­чай ес­ли это по­может. 'Я ду­мю, тбе над пврнуть', — подс­ка­зал Клифф от­ку­да-то с по­ла.»



Глава: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12]


    

 Помочь Мастеру Minimize

Про Фонд исследования болезни Альцгеймера

Если хотите помочь в сборе средств для Треста исследования болезни Альцгеймера, сделайте, пожалуйста взнос, щелкнув на ссылку официального сайта по сбору средств, где, как  вы можете быть уверены, все 100% попадут тресту. Не забудьте упомятуть Терри в окне для комментариев.

Спасибо за вашу продолжающуюся поддержку.


    

Copyright (c) 2017 Терри Пратчетт — Русскоязычный международный сайт   Terms Of Use  Privacy Statement
DotNetNuke® is copyright 2002-2017 by DotNetNuke Corporation
  • http://www.pratchett.org/controls/louboutinshoes.asp
  • cheap ugg boots/h2>

    barbour uk

    cheap air jordan

    nike uk

    nike uk

    nike uk

    nike uk

    juicy couture uk

    nike uk

    Cheap nike shoes

    nike uk

    nike uk